Сорняк – цветок любви

Он приподнял подбородок Аямэ и посмотрел прямо ей в глаза. Аямэ, хотела отвернуться, но Шин Хе не дал ей этого сделать. Аямэ начала дрожать. Она не понимала почему. Но дыхание у неё начало перехватывать и всё тело перестало её слушаться, и начало дрожать.

– Ты вся дрожишь… – Шин Хе сказал это с такой нежностью и любовью в голосе. Его глаза сами за себя говорили, что сейчас чувствует Шин Хе.

– Я не знаю, что со мной происходит. – Аямэ не хотела ничего говорить. Глаза её были опущены, в то время, как глаза Шин Хе были направлены всецело на неё.

– Не бойся меня. Я не сделаю ничего плохого. Я это тебе обещаю.

– Я не боюсь! Я просто… блин… что вообще происходит со мной, почему всё так в моей жизни?.. я не хочу жить, оставь меня, пожалуйста, одну! Я не хочу никого видеть.

– Прости меня, у тебя сейчас неприятности из-за меня, прости меня! – Шин Хе сел рядом с Аямэ.

– Ты здесь ни при чём, это всё я… мне вообще не стоило рождаться на этот свет. – Аямэ сказала это с такой горечью в голосе.

Шин Хе резко посмотрел на Аямэ. Ему было странно такое слышать от неё.

– Не смей так говорить, ты не представляешь, какая ты! – Шин Хе сел напротив Аямэ, и улыбнувшись посмотрел на неё. Мысли проносились у него в голове: «Как она может такое говорить, ведь она так прекрасна!»

Аямэ подняла свою голову, и впервые посмотрела на Шин Хе, не отводя глаз. Сердце Шин Хе начало наполняться счастьем. Он был счастлив. Он ещё никогда не видел настолько прекрасное лицо и настолько красивые глаза, как у Аямэ.

– Ты даже не представляешь, насколько я счастлив! Благодаря тебе… ты даже не представляешь, насколько ты прекрасна, я ещё никогда не встречал таких красивых глаз, из которых струится детская невинность и чистота! Ты заставляешь меня постоянно волноваться за тебя, я устаю, устаю постоянно о тебе беспокоиться… – Шин Хе, улыбнулся, и в этот миг его глаза заблестели от слёз.

Аямэ была поражена таким признанием. Она не знала, что и думать.

– Я не знаю, что мне делать… ты меня не знаешь… ты не знаешь мою жизнь… то, что сказал Энтони о моей маме… – Аямэ хотела сказать, но Шин Хе не дал ей продолжить.

– Это неважно! То, что говорил Энтони – это пустой звук, в нём нет ничего из того, что нужно помнить и, уж тем более, расстраиваться – Шин Хе впитывал всю любовь, которая сейчас исходила в окружающем их с Аямэ воздухе. Он будто бы порхал в небесах. Он был счастлив. Он не мог понять, как такое может быть.