Разделить планету

Лужи застывшей крови. Пирамиду из отрезанных голов.

А посреди ужасного пира Смерти, единственный уцелевший офицер. Гудей. Весь в засохшей крови. В руках лук, стрела на тетиве, глаза стеклянные. На лице оскал, застывшая гримаса безумия.

Такого происшествия, еще не знала история корпуса, за тысячи лет существования. Стоящие на платформе воины, прошли сотни боев. Сражались с разными существами, необычной, страшной формы. Они много чего повидали, и тронуть, окаменевшие сердца, мало чем можно.

Но у Гудея получилось.

– Вот так рождаются легенды. – Прошептал немолодой воин, с серебряными нитями в бороде.

Его услышал Думу, старший офицер нопан, и опытный воин. Фыркнул и первым спрыгнул с платформы. Встал рядом с Гудеем. Знаком показал воинам, первой платформы, занять круговую оборону. Вторая висела в воздухе, ощетинившись стрелами, нацеленными во все направления.

– Окла, – гаркнул нопан в ухо, застывшему воину. – Доложить, что здесь произошло.

Гудей дернулся, натренированные мышцы, мгновенно среагировали, на команду старшего по званию.

– Я не знаю, – прошептали, пересохшие, потрескавшиеся губы.

Нопан огляделся. Оценил обстановку, опытным взглядом, старого вояки.

– Варм, смени Гудея на его посту. – Приказал Думу младшему офицеру. – Он всю ночь охранял Переход. А ему, дай вина вдоволь и покорми, если полезет.

Нопан поглядел на руки Гудея. Не увидев браслета Высших, крякнул.

– Ставьте мой шатер. Мне надо посоветоваться. – Нопан огляделся, хмуря брови.

Варм щёлкнул пальцами, тут же подлетели несколько рядовых воинов. Четверо сменили Гудея на посту, еще двоя, взяли его под руки и повели в сторону лагеря.

Он так ничего и не поел. Лишь выпил целый кувшин вина. Рухнул на тюфяк, с чужими вещями, тут же уснул.

Последний час, от усталости и напряжения, он не чувствовал ног. В голове не одной мысли, пустое безразличие. Он и нопан отвечал, на инстинктах.

Шатер ставили вокруг спящего окла.

Гудей проспал сутки. И лишь раннем утром, следующего дня, вынырнул из мягких объятий Сины, Высшая, лунного света и сна. Гудей чувствовал себя, полным сил. И физически и душевно. Бессонная ночь, в двух шагах, от мертвых друзей, надломила, закалённую психику, сильного, молодого воина. Но сон, как волшебный бальзам, затянул боль от потери друзей.

Проснулся Гудей с единственным желанием, отомстить.