Ангелы. Дети ночи

– Отставить! Всем отбой!

От громкого окрика где-то у первых комнат я вздрогнула. Голос знакомый… Пашка живой!

Вздрогнула не только я. Парни и девчонки, только что густо облепившие чужой порог, попытались возмутиться, но что-то во взгляде оперативника напугало их до такой степени, что через секунду в коридоре никого не было. Парень, мне было видно, заглянул в комнату рассказчика, что-то сказал, не заходя в помещение, а потом сам закрыл дверь.

Постояв секунду перед закрытой дверью с опущенной головой, он в следующий момент решительным шагом направился в мою сторону.

Черный не видел меня. Шел, глядя себе под ноги, и снимал по дороге с напряженных плеч черную кожаную куртку.

Я медленно поднялась на ноги, продолжая оставаться вне зоны его внимания. Ждала, пока он подойдет. Я совершенно не собиралась бросаться ему на шею, но что-то не пускало меня в коморку, держало на пороге.

– Снежка? – Пашка замер, увидев меня стоящую в ожидании. Но лишь на долю секунды он замешкался, потом, скомкав куртку, снова возобновил движение и, устремив взгляд в пол, спросил: – Почему не спишь?

– Ты шутишь?

Мне, действительно, было не ясно, шутит он или серьезно спрашивает, насколько я бессердечное бревно? Будь его взгляд прикован ко мне, тогда смогла бы определить.

Но Черный не показывал глаза. Почему?

Подойдя ко мне и остановившись прямо напротив, Пашка оказался вровень со мной, стоящей на второй ступеньке. Высокий. А я раньше и не замечала.

Я молчала. И он молчал. Смотрел то на меня, то на носки своей обуви и мял куртку.

Я не выдержала первой:

– Что там?

– Там? – Черный отвел взгляд, словно думая: сбежать или остаться и отвечать на вопросы? – Там… Там война, Снежка. Как в долбаном зомби-боевике. – Он, наконец, осмелился взглянуть мне прямо в глаза, но сделал это лишь для того, чтобы я могла узнать больше, чем он говорил. – Там война. Ночь, мерцающие огни, падающие звезды и прущее на тебя мясо. Они готовы были сожрать нас живьем, Снежка. Они чуяли нас, бросали свои тела, в которых жили паразитами, выскакивали, чтобы присосаться пиявками к нам.

Ты думаешь, ходячие мертвецы – это страшно? Нет, – парень хохотнул и повернул голову, проверяя, нет ли кого чужого в коридоре. – Нет! – он перешел на шепот, пугая меня до коликов в животе. – Это не страшно… Страшно, когда ты маленький сидишь в чулане, и к тебе приходят монстры из твоих фантазий. А там… – Паша кивнул головой, указывая наверх, – там жить не хочется. Там смерть кажется выходом.