Сон Геродота

Страшный был человек, не раз умирал и вновь воскресал, боюсь, как бы опять не вернулся.

В это время толпа зашумела и подалась вперед. На ораторском подмостке появился маленький тщедушный человек с голым, без единого волоса, морщинис¬тым лицом.  Несмотря на нарядную хламиду, вид у него был довольно жалкий и даже немного смешной.

– Это сын красного правителя, – продолжал объяснять Диомед, – трудно ему сейчас приходится после смерти папаши, народ в ожидании перемен поднял голову, незря ведь собрался возле храма святой Троицы, а он теперь остал¬ся один.

Правда, у него есть еще брат, но тот буйный и душевно больной, его держат на цепи в темнице, чтобы на людей не кидался. Видно, таким образом боги наказали беднягу за грехи папаши.

– Тише, тише, не мешайте слушать, – прошипели рядом, и Диомеду при¬шлось прервать свое объяснение, тем более, что сын красного тирана уже  начал речь. На площади воцарилась тишина, и толпа, превратившись в слух, молча  внимала словам оратора.

– Граждане соотечественники, наш великий правитель скончался, и теперь в нашем городе наступают новые времена. Власть, которой обладал крас¬ный правитель, по праву наследства принадлежит мне, его старшему сыну, но по моему мнению, свобода –  это наивысший дар. Я не хотел бы, чтобы мною правил тиран, и сам не желаю быть тираном для родного города. И потому с сегодняшнего дня дарую вам свободу и отказываюсь от власти, а взамен как ваш освободитель согласен получить место главного жреца в храме Диониса и доход, равный двенадцатой части городской казны.

Также эти привилегии должны переходить по наследству моим прямым потомкам в вечное пользование. Диомед невольно даже присвистнул:

– Не дурно, место главного жреца, двенадцатая часть казны – и все это в вечное пользование!

Неожиданно впереди опять зашумели, на подмостках возникла небольшая давка. Народ оттеснил вооруженных стражников, и теперь на трибуне появился какой-то старик.

Он сердито замахал сжатым в руке посохом и накинулся на наследника:

– Ты незнатного рода, и не достоин управлять нами. Отец твой был разбойником, а ты – мошенник, каких свет не видывал. Как же это ты собрался одаривать народ тем, что тебе и так не принадлежит? Ничего себе:  двенадцатая часть казны! Лучше отчитайся перед народом в сохранности  той казны, сдай ее и иди своей дорогой.