Лавия. Обретение души

Солнечная плазма вела себя, как живая материя: она то в доли секунды выплёскивала протуберанец энергии, словно лягушка выстреливала язык навстречу зазевавшемуся насекомому, то изменяла свой узор на поверхности Солнца так искусно, что глаз, как говорится, только диву давался!

Сегодня Солнце, как ему и полагалось, двигалось по запланированной траектории, чтобы на ночь зайти за пирамиду, которая была видна любому жителю Поднебесья и которую, почтительно глядя на неё, все так и называли: Пирамида… И – чтобы заснуть там… Всем было известно, что на вершине Пирамиды располагается дворец того, кто был Создателем мира, его Альфой и Омегой, Началом и Концом всего сущего, – Дворец Небесного Отца.

…Лавия, как все обитатели Поднебесья, любила наблюдать за закатом, и этот ежевечерний ритуал стал частью её бытия. Где-то, в самой глубине своей сущности, она таила смутное воспоминание о том, что и во времена земной жизни тоже с интересом наблюдала за жизнью Светила.

…Когда контур Пирамиды обзавёлся нимбом, что было признаком наступления сумерек, девушке пришла пора подумать о завтрашних делах и заняться своим туалетом. Лёгкими прикосновениями пальцев она поколыхала, то натягивая, то отпуская, витые пружины золотистых волос, и они, повинуясь ей, укладывались в безупречную причёску. Ангелу для этой процедуры не требовалось никакого стилиста-парикмахера.

«Да и зачем он мне, бестелесному существу?» – не без кокетства подумала Лавия, ещё раз убедившись в том, что вызванное ею зеркало не обезображивало и не приукрашивало её лица.

Правда, обычно безукоризненно идеальный, собственный лик сегодня показался его обладательнице каким-то невесёлым. Лавия всмотрелась в свои глаза и прочитала в них грусть. Девушка не знала причины тягостного внутреннего чувства, которое вдруг посетило её – впервые за долгие годы.

«Это же не греховное уныние! Но почему мне так тяжело?!.. Я не устала, нет!..» – успокаивала она себя.

– Лавия, ты меня опередила, – послышался сзади неё голос.

Вторая девушка была так же красива, как и первая, но отличалась от неё цветом волос: они были чёрные, как смоль.

– Милая сестра, я знала, что сделаю мои дела быстрее, чем продлится твоё посещение Анавема.