Сверхсекреты семьи Шиллер

Сауина со слегка обветренным лицом, что было неудивительно, ведь она столько раз утирала его от слез на прохладном ноябрьском воздухе, неподвижно сидела на лавке перед домом. Кругом толпились женщины, но тетки, что сдавливали ее локтями, отошли от нее и на скамье, кроме Сауины никого больше не было.

Внезапно все оставили ее в покое. Женщины, стоявшие перед лавкой, повернулись к ней спиной, невольно закрыв ее от людей, другие, что были там же, но в отдалении, и вовсе не смотрели в ее сторону. Они приходили в себя после тягостных минут прощания с умершей девочкой.

Для этого они заводили тихие разговоры, повторяя одни и те же, не дающие никакого утешения и, по большей части, бессмысленные вещи. Например, все повторяли, что случилось невообразимое горе, кошмар.

Так они восстанавливали себя. Эмоциями, диалогами напоминали друг другу о том, что они-то живы и, невзирая ни на что, надо жить дальше. Им это удавалось – не трудно вернуться в нормальное состояние, если до этого ты лишь на время притих, наполнившись всеобщей мимолетной скорбью.

По-настоящему тяжело было лишь одному человеку – сестре покойной.

Сауина ощущала свою боль как невидимый кокон, который все туже и туже стягивался вокруг нее. А еще временами накатывала необъяснимая тревога и трудно было усидеть на месте – хотелось вскочить и бежать прочь, или, хотя бы, ходить кругами, как бы странно это не выглядело.

Она изо всех сил боролась с этим желанием. Сауина хотела вырваться из ужасного кокона и ей казалось, что нелепый бег спасет ее.

В эту секунду кто-то неслышно уселся рядом. Сауина разомкнула веки и увидела Лолика.

Лолик, она же Каролина Шиллер, выглядела как обыкновенный подросток с красивыми, несколько иностранными чертами лица, и теперь, волей судьбы она стала для Сауины самой близкой душой.

Едва ли кто-то еще в этот момент был бы так же уместен и выносим, как Лолик. Она была единственной, кто всегда чувствовал Сауину на расстоянии, но особенно сильно вблизи.

– Можешь впиться ногтями, если надо, – тихо произнесла Лолик и тыльной стороной вверх положила свою ладонь Сауине на колени.

Печальная улыбка на секунду возникла на устах Сауины и сразу исчезла, а подрагивающие уголки губ снова стали скорбно смотреть вниз. Одной рукой обессилевшая от горя Сауина даже попыталась крепко сжать ладонь подруги. Ничего, конечно, не вышло.