Сверхсекреты семьи Шиллер

Каждый раз, когда Сауина его видела, он был где-то рядом: либо восседал на мебельных возвышенностях, либо вальяжно прохаживался по коврам, чередуя грациозные шаги с показом асан из йоги, то, раскинувшись в завидной неге, возлежал везде, где ему вздумается: начиная со столешниц комодов и заканчивая широким прямоугольным пуфиком у входа. Звали кота Ланселот, в честь рыцаря короля Артура. Отзывался он на «Лансика», а когда произносили «Ланселот», снисходительно шевелил ушами, давая понять, что знает, о ком толкуют, но не намерен реагировать на бестолковые человеческие звуки.

Иоланта включила электрический чайник и пока закипала вода, начала вынимать содержимое пакетика и раскладывать по тарелочкам. Сауина уселась за кухонный стол напротив, на маленький диванчик. Она перестала плакать и уже сидела, подперев рукой одну щеку, как в прежние времена. Раньше она обожала сидеть так, слушая Иоланту, которая рассказывала много всяких невероятных вещей, которые для обычных людей показались бы небылицами. В основном, это были воспоминания о прошлом, но для Сауины они все были очень значимыми, оттого, она жадно схватывала каждую фразу Иоланты, на ходу осмысливая все сказанное.

Иногда к ним присоединялась и Лолик. Внучка Иоланты вела себя по-разному: бывало, что почти не слушала бабушку, витая где-то в собственных мыслях, которые могли внезапно захватить ее и унести прочь, но были моменты, когда она, как и Сауина, внимала каждому слову и даже могла ронять едва заметные слезы.

В этот раз они были только вдвоем.

– Попробуйте, – зачем-то сказала она Иоланте, указав глазами на тарелочки. Та прекрасно знала обычай, не нуждалась в подсказках, но согласно кивнула и тут же потянулась за крайней печенюшкой.

– Жаль, что я не успела вас познакомить, – вздохнула Сауина.

Сочувственно взглянув на убитую горем девушку, Иоланта произнесла со странной интонацией, одновременно и грустной, и ободряющей:

– Может быть, мы еще познакомимся.

– Ах, тетя Иолли, если б не вы, я бы, наверно, решила, что уже давно сошла с ума.

– Любишь ты все преувеличивать! – послышался им обеим голос Лолика с легкими нотками обиды.

Сауина, Иоланта и Ланселот, сидевший на подоконнике за серебристой просвечивающей занавеской, втроем повернули головы в сторону говорящей – на пороге с обеспокоенным видом возникла Каролина.