Исповедь грешника. Том 1. Гордыня

Внешность неважна, главное, что внутри, скажет жирная баба, при том, что внутри пуста, ну а если такой особе помашет смазливый мальчишка, так она наставит рога тому, кто повёлся на её речи о важном и неважном.

Поджав губы и дёрнув плечом ещё раз, он продолжил.

– Я искренне не понимаю мужчин, говорящих, что все женщины шлюхи. Что всем им нужно только одно – деньги, а на внутренний мир плевать, хотя сами только и смотря что на жопу и лицо. Они будут с пенной у рта доказывать, что женщина не должна иметь больше одного партнёра за всю жизнь хотя сами не прочь закинуть палку в одну другую сотню дырок.

И при этом они не считаю это странным, оправдываясь ничтожным знанием биологии и теории эволюции.

– Я искренне не понимаю женщин, говорящих, что деньги у мужчины не главное, имеет значение лишь чтобы он был заботлив и добр, но говорят это обычно те, кто не прочь поскакать на дряхлом члене за новую модель яблочного телефона или же они будут наставлять рога тому самому доброму парню, с полной его противоположностью.

Не с добрыми, с теми, кто будет считать их пустым местом или же вагиной на ножках, чтобы после плакаться друг другу о том, что настоящих мужчин нет.

Дёрнул плечом ещё раз, но настолько быстро и агрессивно, что чуть не упал.

– Я искренне всех вас не понимаю. Всё общество, врущее друг другу и самим себе, чтобы только оправдаться. Общество лицемер…

Не договорив, он резко с агрессией обернулся. Кулаки его сжались от злости.

– Да ты заебала! Я же блять сказал тебе прекратить!

Крик, ударился о стенку шкафа и рикошетом вернулся к нему.

– Вот ведь.

Лицо на мгновение озарилось испугом, но лишь на мгновение, а после оно сменилось облегчением. По этой перемене уже можно понять, о чём он подумал.

«А какая теперь вообще разница?»

Выдохнув с облегчением, он сел, хотя неловкое очертание слабой улыбки осталось на губах.

– Вы общество лицемеров. Я знаю вы не виноваты. Во всём виновата культура и человеческая природа. Вы лицемеры и я лицемер, но знаете мне от этого совсем не легче… Я просто задолбался видеть подобное.

Задолбался понимать, что я такой же, как и вы. Хотя с самого начала я лишь хотел… Неважно.

Рука, мёртво-лежащая на столе, потянулась к пистолету.

– Я просто устал.

Схватив тяжёлый пистолет, он поднёс его к виску.

– Хватит с меня лицемерия.

Палец упал на спусковой крючок.

Боковое окно вновь залилось текстом. На удивление даже в этой ситуации большинство слов похожи друг на друга.