Прокофий и Свет Желаний

Неожиданно в дверь постучали, и в комнату вошла миссис Фарадей.

– Давай-ка его мне… – указала она взглядом на костюм. – Поколдую над ним немного, чтобы не намок. Дождь все никак не перестанет, а нам еще нужно дойти до ангара. Полетим в папином эраунде. Нашу с отцом одежду я уже приготовила, осталась только твоя.

Но Прокофию было неважно, промокнет он или нет. От Тельмана вестей так и не было, и он уже твердо решил: если друг не покажется и на Балу, то придется рассказать кому-нибудь из взрослых о его внезапном исчезновении.

Как только мама вышла из комнаты с его костюмом, Прокофий закрыл глаза и стал представлять, будто Тельман прямо здесь, в его доме. Если однажды Призывание уже сработало, то, возможно, получится и теперь? Но каждый раз, открывая глаза, он видел все ту же пустую комнату. Должно быть, он слишком сильно волновался.

Вдруг что-то засверкало, и на кровать опустилась прямо из воздуха небольшая коробочка в золотистой обертке.

– Что это? – Прокофий взял ее в руки. На крышке была надпись: «Поздравляем с первым Балом Огней!», а внутри – алая роза. Повертев ее в пальцах, он с наслаждением вдохнул аромат.

Может, это от Ману? Наверное, она хотела немного приободрить его перед праздником. Но потом закралась надежда, что это подарок Тельмана. Очевидно, бутоном нужно украсить пиджак, – очень в его духе. Может, это знак, что Тельман готов помириться?

Но тут в комнату вошел мистер Фарадей.

– Мама велела отнести тебе костюм. Теперь он не промокнет. Ааа, ты уже получил подарок, – заметил отец. – Это одна из самых давних традиций Бала – все, и мужчины, и женщины, украшают свои наряды алыми розами.

Прокофий сник: значит, Тельман тут не при чем. И все же не хотелось расстраивать отца своим безразличием, ведь он так старался, готовясь к празднику. Создать столько роз (волшебники ни за что не стали бы срезать цветы), и огней – трудно представить, сколько на это ушло времени!

– Поскорее бы увидеть, что еще вы для нас приготовили, – нарочито бодро выпалил Прокофий.

– Никто уже не помнит, – махнул рукой отец. – Но ведь красиво, не правда ли? – По всему было ясно, что он наслаждается каждой минутой этого знаменательного вечера. – Постарайся не копаться слишком долго. А я пока, пожалуй, тоже пойду одеваться.