Прокофий и Свет Желаний

Говорят, мудрец Бью от души посмеялся, узрев сие творение. Он воспринял его, как забавную выходку Олма, эдакий знак внимания, и не возражал против того, чтобы поезд остался в Крепости.

Дождавшись, когда все покинут кабины, Прокофий нехотя забрался на сиденье. Как можно крепче сцепив ремень «Бью»-безопасности, он посмотрел назад: похоже, кроме него, других пассажиров на этой станции не было. Он хотел взглянуть на волшебный экран: не покажут ли там, случаем, еще какое-нибудь необычное творение? Но Железный Бью резко тронулся с места и понесся вперед.

Сколько Прокофий не ездил на этом сумасшедшем поезде, но так и не смог привыкнуть. Крутые повороты и высокие спуски побуждали съеденный им завтрак взбунтоваться и выйти наружу. Из передней части состава доносился веселый смех Бью, а по тоннелю клубился волшебный дым. И вот, когда Прокофий уже было приготовился к очередному прыжку, поездка внезапно завершилась. Ремни сами отстегнулись, и Прокофий чуть не вывалился на каменный пол.

– Последняя станция, – оглушительно возвестил Железный Бью и умчался прочь.

Покачиваясь и ощущая неприятную дрожь в коленях, Прокофий поплелся к выходу. Здесь приятно сияло солнце и повсюду росли деревья, а среди гор виднелись крыши каменных особняков, в которых жили воспитанники Крепости. Однако Тельман, всегда стремясь быть особенным, не жил с остальными детьми. Он выбрал себе комнату в старой полуразрушенной башне на самой окраине Крепости Мудрых, считая, что тишина и ни души в округе – это как раз то, что нужно для волшебника вроде него.

Прокофий с этим не спорил, да и вряд ли бы кто-то решил, что заброшенная башня – подходящее место для веселых вечеров. Конечно, Тельман неплохо над ней поколдовал, но все же было трудно вообразить, как кто-то туда заходит.

Но каким-то странным образом Тельман всегда оказывался в курсе событий Основания даже больше, чем Прокофий, живущий в городе. Было сложно застать его хоть чем-то врасплох. Однако сегодня, похоже, настал тот самый день. Прокофий был просто уверен, что о «шипящих» кедах он узнал раньше Тельмана, но еще больше он хотел рассказать о своем видении.

Предвкушая то, как удивится Тельман, Прокофий взбирался вверх по закрученной каменной лестнице. Оказавшись почти у самой двери, Прокофий заметил, как лучик света лег ему на ладонь, – он сообщал Тельману о гостях, которые в этой башне всегда были нежданными.

– А это еще что? – На стене слева Прокофий заметил табличку, которой раньше здесь не было.