Декамерон по-русски

Гудок знал, что и эта мочалка, и ее фраер-американец приговорены и будут сегодня убиты, тем не менее он считал нужным довести дело, доверенное ему Буруном, до конца.

Подождав, пока американец замолчит, он сказал, посмотрев на Инну в упор:

– Ну что, пойдешь?

– Никуда я не пойду. – Инна говорила с ним спокойно, но по ее глазам он видел: она боится. – Я сижу со своим мужем и никуда от него не уйду.

– Лапа, меня не волнует, муж он тебе или нет. Геннадий Васильевич сказал, чтобы ты подсела к его столику. И ты подсядешь.

– Никуда я не подсяду. Вообще, передайте вашему Геннадию Васильевичу, что я его не знаю и знать не хочу.

– Геннадий Васильевич сказал другое. Он сказал, что вы раньше встречались.

– Он обознался. Поверьте, я слышу о нем в первый раз.

– Лапа, я думаю, он не обознался.

– Я очень прошу вас, уйдите. Поймите, я пришла сюда с мужем, мы хотим спокойно посидеть и поужинать. Вы мешаете.

– Смотри, лапа, будет нехорошо. – Помолчав, Гудок смерил взглядом пристально наблюдавшего за ним американца.

– Последнее.

– Хорошо. – Встал. – Думаю, сегодня мы еще увидимся. Так что готовься, лапа.

Повернувшись, он направился к расположенному в дальнем углу зала столику Буруна.

– О чем вы говорили? – спросил Стив.

– О том же, о чем и в первый раз. Этот человек хотел, чтобы я села за столик, где сидит его приятель. Я отказалась.

– И все?

– И все.

Тронув бокал с шампанским, Инна отодвинула его, и он заметил: ее губы дрожат.

– Инна… ну перестань. Что с тобой?

– Стив, я должна тебе кое-что объяснить.

– Конечно, объясни, давно пора. Вообще, что происходит? Мы заходим в ресторан, хотим поужинать, вдруг к тебе подсаживается какой-то тип, начинает угрожать. Да так, что ты чуть в обморок не падаешь от страха. Что случилось? Почему ты должна садиться за их столик? Что им от тебя надо?

– Стив… – Инна взялась ладонями за виски. – Стив, мы должны отсюда уйти. Немедленно уйти.

Он видел, как красивы ее руки. И видел ее глаза, серые, опушенные ресницами. Сейчас, когда она была испугана, он особенно остро ощущал, как любит ее. Она была женщиной, которую ему подарила судьба. Два дня тому назад он приехал с ней в Москву, в город, связанный с ее детством, и сейчас был счастлив, что ее мечта сбылась.

Все же ее тревога казалась ему преувеличенной. Помедлив, он спросил:

– Почему мы должны уйти?

– Потому что нас могут убить.