Исповедь вампира

Книга, а это была именно она, лежала перед Вероникой, но тревога возрастала с каждой секундой, проведенной в этом темном, ледяном подвале. Ника схватила тяжелую книгу и побежала к выходу. Сразу за поворотом температура вернулась в норму, а от выхода повеяло ароматом цветов тети Кати и летним теплом. Замерзшая и озадаченная Вероника вылезла из подвала и закрыла его за собой поплотнее.

– Ты как будто приведение увидела. – Валя вздрогнула от того, как громко подруга захлопнула дверцы подвала, после чего села рядом и стала как-то жадно глотать теплый летний воздух.

– Нет, – глубоко вдохнув, наконец выдала та. – Все в норме. Я нашла ее. Идем. – поднявшись с травы, Ника направилась ко входу с книгой в руках.

– Что? Это все-таки книга? – догоняя подругу, спрашивала Валентина. – Может скажешь что-нибудь уже?

Зайдя на кухню, Ника бросила пыльную книгу на стол:

– Вот, смотри, – усевшись напротив нее, сказала девочка и взглянула на Калистратову.

– Что смотреть? – та тоже уставилась на подругу. – Открывай давай.

– Да простит меня тетя Катя, если этим самым мы натворим что-то ужасное… снова. – вздохнув, Ника раскрыла книгу на первой странице, подняв тяжелую, толстую корку.

– Обалдеть просто… – разглядывая непонятную корочку, выдала Валя.

Бегло просмотрев причудливые иероглифы на первой странице, Ника перевернула ее, но дальше было все то же самое. Девочка листала каждую страницу в надежде найти хоть что-то интересное. Однако на каждой из них ее встречало множество иероглифов, очень похожих на древнеегипетские, и ничего более.

Кое-кто даже уже успел приготовить себе чай за это долгое время.

– Ну и что это? Зачем хозяевам дома такая книга в подвале? – Вероника отодвинула ее от себя, явно умывая руки.

– Может, это не их книга? – многозначительно спросила Валя, закидывая очередной кубик сахара в напиток. – Мне кажется, в них есть смысл… – она провела пальцами по старым страницам и не смогла отвести взгляд.

Сама книга выглядела так, словно была возрастом примерно с саму планету.

Листы впитали в себя столько пыли, что стали невероятно тяжелыми для книжных страниц. Они были практически несгибаемы от своей толщины, а при касании на пальцах оставалось непонятное подобие пыли с резким, неприятным запахом. Наверное, так пахла сама старость. Переплет книги тоже был необычным. Было не совсем понятно, из чего он состоит. С одной стороны, это был какой-то очень плотный, темный материал, но при усилии можно было узнать в нем подобие кожи.