Исповедь вампира

Все эти узорчатые бордовые ковры на стенах, деревянные заводные часы на пыльной полке, специфический запах старости, который часто перебивался ароматом вкусной еды.

– Привет, Вероника. – увидев внучку, пожилая женщина оставила плиту и обняла Нику. – А ну как не ешь совсем! Худенькая такая…

– Ладно тебе, Тома. Была бы слишком тощая, записки бы ей не оставляли. – кашлянул дедушка.

– Какие записки? – удивилась девочка.

– Тебе кое-что передали. В комнате, на столе лежит. Конверт какой-то.

– Его передал не тот дедушка?

– Какой дедушка? – бабушка удивленно изогнула седую кудрявую бровь.

– Да не, забудь. – Ника махнула рукой, сама про себя удивившись, что спросила это. Она понятия не имела, отчего сразу же подумала на него, да еще и вслух ляпнула.

На столе в комнате и правда лежал какой-то конверт. Он был заклеен, а значит, бабушка и дедушка не любопытствовали. Тогда она даже не задумалась о том, почему записка оказалась здесь, а не в ее доме, или хотя бы доме тети Кати.

Безжалостно разорвав конверт, Ника принялась читать то, то было написано на бумажке карандашом, причем так, будто автор делал это в спешке и на ходу, без ровной неподвижной поверхности под листком:

« Не дай им себя увлечь. Если заподозрят – беги »

– Ну что там? Никак любовное письмо? – дедушка подошел сзади, не слишком близко, чтобы ненароком не заглянуть в личное послание.

– А? Какое еще любовное письмо? Нужны мне эти мальчики как собаке пятая нога. – отшутилась Ника, свернув в руке бумажку.

– Ну хорошо, тогда иди обедать. – он снисходительно, явно ей не поверив, улыбнулся и ушел на кухню, прихрамывая.

– Иду. – девочка запихнула комок в задний карман штанов и направилась на кухню, откуда доносились умопомрачительные запахи бабушкиной стряпни.

Глава IV

Тем же вечером у Вероники разрядился мобильный телефон. Дедушка с бабушкой были людьми старой закалки, а потому зарядных устройств дома не держали, как и, собственно, самих мобильников.

Для связи с миром им хватало старого домашнего, что безмятежно пылился на столике у входа в зал.

Весь этот день и половину следующего Ника провела у бабушки с дедушкой. Они общались, девочка помогала по хозяйству и время от времени набрасывала что-то для страшилок. Но к вечеру она так увлеклась этим, что возвращаться домой пришлось уже по темноте. Это был первый раз, когда она шла по улице без наушников в ушах.