Убийства в десятиугольном доме

Она была разбита вместо сада перед небольшим зданием с белыми стенами и голубой крышей, которое будто специально ожидало студентов.

Рис. 1. План Цунодзимы

Выкрашенная голубой краской двустворчатая дверь, видимо, и служила главным входом и вела в прихожую. Чтобы попасть в дом, надо было подняться по ступенькам.

– Это и есть Десятиугольный дом? – первым подал голос Эллери, с трудом переводя дыхание после долгого подъема. Поставив на землю темно-бежевую сумку, он постоял немного, глядя на небо.

– Класс! Я даже не ожидала. – Агата приложила платок к белому лбу, на котором выступили капельки пота.

– А я… думаю… вот… – пропыхтел запыхавшийся Леру. Он тащил сразу несколько сумок, в том числе багаж Агаты. – Как бы это сказать… я думал, это более дикое место.

– Ожидания не всегда оправдываются. Войдем, посмотрим. Ван должен нас встречать, он приехал раньше. Что-то его не видно…

Как только Эллери произнес эти слова, перевел дыхание и поднял сумку, голубые ставни слева от входа распахнулись и в окно выглянул человек.

– Всем привет!

Так на сцене появился Ван, седьмой член Клуба детективов. Он жил на острове в этом доме уже неделю. Свой псевдоним Ван позаимствовал у С.С. ван Дайна, создателя знаменитого сыщика Фило Вэнса.

– Минуточку, я иду, – странно надтреснутым голосом сказал он и закрыл ставни. Через минуту выскочил из прихожей. – Не смог встретить вас на причале, извините. Вчера простыл немного, температура поднялась, я и прилег.

Ван высадился на острове раньше остальных, чтобы все приготовить.

– Простудился? Ничего серьезного? – озабоченно поинтересовался Леру, поправляя очки, соскользнувшие на кончик потного носа.

– Да нормалек, – неуверенно хохотнул Ван, передернув худыми плечами.

* * *

Следом за Ваном его товарищи вошли в дом.

Миновав голубую двустворчатую дверь, прибывшие очутились в просторной прихожей. Впрочем, они тут же поняли, что это оптический обман.

В стене перед ними оказалась еще одна двустворчатая дверь, которая вела в глубь дома. Приглядевшись, студенты заметили, что эта стена уступает в ширине той, что была у них за спиной. То есть прихожая напоминала трапецию, сужавшуюся от входа к противоположной стене.