На линии огня

– Пороть горячку тоже не следует, – сердито отреагировал Касымджан. – Операция деликатная, изволь подготовиться ювелирно… И вот что. Сейчас мы все махнем в Кирсановку. На месте всегда виднее.

– Время обеденное, товарищ генерал, – напомнил Бардин. Как хозяин, он обязан был позаботиться о гостях.

Касымджан остановился, поглядел на часы и сказал:

– Ты вот что сделай, Михаил Иванович. Позвони в Кирсановку и закажи обед в комендатуре. Попробуем, чем кормят в далеком гарнизоне. По машинам!..

5. ЗАГАДКИ, ЗАГАДКИ…

Инструктаж начальника разведки был коротким.

Прапорщик Куница, как и переводчик спецгруппы капитан Ванчен, уже побывал предварительно на Кирсановке. Двое суток днем и ночью, с редкими перерывами на сон, вели там наблюдение за районом, прилегающим к монастырю. Скрупулезно, как только возможно со своего берега, изучили подходы к развалинам, места, где придется, в случае чего, укрыться. Отметили также самые трудные для преодоления открытые пространства и конечно же пути отхода.

В общих чертах разведчики уже знали, что предстоит делать. Подполковник Смолистый только уточнил детали заданий и вопросительно поглядел на сидящих перед ним подчиненных. Взгляд больших светло-серых глаз был тяжелым. Он ждал вопросов и знал, что их не будет. В подчиненной ему спецгруппе давно усвоили установку начальника: всего заранее в свободном поиске не предусмотришь, поэтому действуй по обстановке, будь осторожен, но инициативен. Бестолковых Смолистый в спецгруппе не держал.

– Значит, все ясно? – заключил подполковник. В голосе прозвучало явное одобрение, а на худом остроносом лице появилось подобие улыбки. – Даю четыре часа на отдых. В одиннадцать ноль-ноль выезжаем. Свободны!

Они вышли из штаба, и Ванчен окликнул Куницу:

– Ты куда, Коля, домой ходи?

Капитан Ванчен, хоть и вырос и окончил среднюю школу в Хабаровске, говорил по-русски с акцентом. Зато на родном языке, что было для разведчика гораздо важнее, ошибок не делал. К тому же довольно прилично знал английский.

– Сперва за сыном зайду в школу, – отозвался Куница. – Малолеток опять перевели во вторую смену. А ты иди, Вано.

Они жили в одном доме и постоянно помогали друг другу по хозяйственным делам. Пятиэтажка, построенная еще в хрущевские времена специально для семей пограничников, требовала регулярного ремонта. И мужики, чтобы заменить сантехнику, побелить потолки и стены, починить крышу или исправить электрооборудование, кооперировались.