Квантовьюга

Квантовьюга

Йольз Джангерс

Человек имеет представление о законах физики, химии и о закономерности природных явлений. Эти законы никем не написаны, но людям приходится с ними считаться, а, нередко, и подстраиваться под них. Только, граница изученных законов природы совпадает с верхней границей земной атмосферы. А выше… Выше уже вольготно себя чувствуют частично или полностью недоказанные теории. Данная повесть и содержит недоказанную теорию… Тем не менее, такое уже допустимо, поскольку это – художественная литература, а тем более – фантастика…

Йольз Джангерс

Квантовьюга

? 1 ?

Кажется, уж теперь – то всё… Билет на рейс до Москвы, наконец, у меня на руках! Каким же я был наивным год назад, когда радовался и гордился тем, что именно меня, голосованием, решили отправить на стажировку! Впрочем, гордость о том, что я успешно прошёл квалификационную стажировку в Массачусетском технологическом институте, конечно же, осталась, но чего мне всё это стоило! У нас так не муштруют… Я уже совсем забыл – что такое восьмичасовой сон! Да ещё, похоже… Хотя, может быть, мне это и кажется: но меня так интенсивно «натаскивали», хорошо зная из какой я страны: для того, чтобы я, в конце концов, не выдержал.

Уже по – русски и думать – то разучился… Ничего, это я ещё исправлюсь! Вот только, пройду таможню и начну выбрасывать из головы всё односложное, а то, чего доброго, и с родителями с акцентом заговорю.

Вот только когда молодой учёный Мирослав Жарптицын оказался возле таможни, к нему подошли двое: один из них, был малознакомым профессором из его института, а другой, был незнакомцем, хотя, что – то подсказывало о его приличной физической подготовке.

– Мистер Жарптицын, неужели Вы и правда покидаете нас? Мы все так старались, шлифуя из Вас учёного!

Как все здесь произносили его, конечно же редкую, фамилию – лучше не рассказывать…

– Что Вы сэр, я только слетаю на месяц к родителям.

– Тогда окей! Знаете, где мой кабинет?

– Не совсем, сэр. Но уверен, что найду.

– Так вот, когда вернётесь – сразу ко мне. Не пожалеете. А пока – удачи Вам.

Спутник профессора так и не проронил ни слова, но поглядывал он на Мирослава, не сказать, что бы приветливо.

Самолёт стал набирать высоту, Жарптицын стал выбрасывать из головы американизмы, не без труда переходя на русское мышление.