Ночь

Он взял в руку его полупустую бутылку с пивом и отустил глаза на газету. Оба последних его спутников сели за ним у стены.

На секунду в харчевне стало так тихо, что был слышен скрип вентилятора, жужание мух и тихий ветер за окном.

Потом дверь харчевни отварилась и чужак перешагнул через порог. В этот же момент он, как и американец до этого, напрягся. А его глаза быстро оглядели помещение харчевни. Его поведение диктовалось видимо не страхом, а ощущением опасности. Почти незаметно он глубоко затянул носом воздух, одновременно что-то обдумывая.

Пижон украдкой следил за чужаком, и как только тот начал оборчиваться, он поднял голову.

–– Добрый вечер, сеньор, – поприветствовал он чужака на по-испански звучащем английском. – Агент УБН, с которым вы здесь должны были встретится, запаздывает. Поэтому он попросил меня передать вам, чтобы вы ещё, – он посмотрел на часы, – двадцать минут подождали. – Он повернул голову к сикарио. – Уна сервеса пара ель хомбре, – потребовал он и указал чужаку к стойке.

Это было у?шло и нагло, но у пижона не было времени на более искушённый экспромпт. Но как это очень часто бывало, именно абсурность сработала. Всё ещё недоверчиво, но чужак подошёл к стойке.

–– Hola, – поприветствовал он сикарио вежливо на испанском. – Не надо пива, – сказал он, в свою очередь с хорошо слышимым англосаксонским акцентом. – Я вместо этого, пожалуйста, трахну минеральную воду, – попросил он. – В бутылке.

Сикарио уставился на него, пытаясь понять, хотел ли чужак его спровоцировать.

–– Он не хочет секса с минералкой, он просто хочет взять бутылочку таковой, – объяснил пижон, со смеха слегка прихрюкивая.

В смысле взять он спользовал слово томар.

–– Спасибо, – отозвался иностранец любезно.

–– Пожалуйста, – отозвался пижон, удивлённый его интересом. – А вас как зовут-то?

Теперь изюмился иностранец, этого вопроса он не ожидал.

–– Хосе?, – ответил он секунду спустя.

–– Ну, так это ведь неправда, – предположил пижон. – Вы ведь такой же не-испанец как и я, правильно?

–– Это имя столь же хорошее как и любое другое, – отозвался равнодушно Хосе?.

Неспешно он направился к стойке.