Господин изобретатель

Еще я хочу привлечь журналистов-щелкоперов из «Московских ведомостей», «Биржевого вестника» и еще откуда-нибудь. Пусть напишут, как в угоду иностранцам затирают русских изобретателей-патриотов, сделавших продукт лучше привозного. Это даже полезно будет с точки зрения рекламы – тысячи людей узнают про товар.

– Вроде все дельно придумал. А я, в свою очередь, поеду с привилегией, где укажу твое имя и попрошу зарегистрировать ее вчерашним днем. А ты потом напишешь бумагу, что передаешь права по привилегии мне вплоть до моей смерти, а потом опять становишься владельцем всех прав, и всё подпишем вместе у нотариуса.

По поводу щелкоперов – это мои люди сделают, так что, как только ты появишься у следственной части, там уже тебя будут ждать газетчики. Тем более при них никто тебя и пальцем не тронет.

Так и порешили. Приехав в следственную часть, я представился и сказал, что хочу сделать письменное заявление по делу о задержании Ивана Павловича Степанова, купца второй гильдии и почетного гражданина.

Появился полицейский с серебряными погонами титулярного советника[15 - Полицейские, в том числе и служащие по уголовному сыску, имели гражданские чины, правда обожали, когда их величают офицерскими званиями. Так что погон серебряного цвета с одним просветом и малиновой выпушкой был у титулярного советника полиции, и такой же, только с золотым полем, у капитана или ротмистра в армии. Впрочем, в казачьих войсках тоже были серебряные погоны, но только уж совсем тупой обыватель мог спутать казачьего есаула с полицейским чином или с гражданским чиновником, например, медицинской службы, тоже носившим серебряные погоны.

] по полицейскому ведомству:

– Я веду дело вашего брата. Что вы имеете заявить?

– Прошу принять заявление о незаконном задержании указанного лица, без доказательств, улик и свидетельских показаний, – сказал я титулярному советнику. – Дело в том, что я не только дипломированный юрист, а химик-изобретатель и вместе с магистром фармации Генрихом Циммером, дворянином, православным и георгиевским кавалером за турецкую войну, изобрел пурпурную краску для шелка, которой и покрасили шелк для моего брата Ивана Павловича Степанова, купца второй гильдии и почетного гражданина.

Так что шелк этот никакой не контрабандный, а московского изготовления, в чем имеется не менее десятка свидетелей. Здесь все подробно описано, прошу вас, господин титулярный советник, расписаться на втором экземпляре, а первый приобщить к делу.