Смерть и козий сыр

Во-первых, его отправили в очевидной спешке. А еще, казалось, содержание сообщения намекало, что старший Менар не знал о грядущей продаже собственности. Заключительная же часть и вовсе интриговала, ведь у короля производителей сыров в долине был процветающий бизнес.

Ричард достаточно хорошо успел изучить Валери, чтобы знать: она на этом не успокоится. Также он понимал, что и его вовлекут в расследование, несмотря на все попытки для виду отбрыкаться. Как понимал и то, что в конце концов сдастся и погрузится в поиски улик, получая при этом истинное удовольствие.

Именно поэтому и не мог уснуть прошлой ночью. Поэтому и потому что Валери д’Орсе находилась в соседней комнате, на кровати его дочери, а до того присматривала дома в ближайшем районе.

Парижская семья встала из-за стола, дети получили очередное замечание, теперь за то, что не подняли стулья, царапнув ножками пол. Когда гости ушли, Ричард снова вытащил тарелку из духовки, намереваясь сам съесть любовно приготовленное угощение, раз никто его не захотел.

В этот раз он снял крышку без театральных жестов, чувствуя, что все усилия пропали втуне.

– А, Ричард! – Как обычно, Валери проникла в помещение совершенно незаметно. – Это для меня? Выглядит аппетитно. Доброе утро, месье. – Она кивнула Татильону, который сидел с отвисшей челюстью, не донеся до рта намазанный шоколадной пастой тост.

Сегодня на девушке красовался наряд в стиле Одри Хэпберн: черные капри, балетки того же цвета и чуть великоватый джемпер.

Солнечные очки, аккуратно заправленные в свободный пучок волос, служили в качестве ободка. На руке висела соломенная сумка с Паспарту, последним из аксессуаров.

Когда Валери прошла мимо столика Татильона, тот так и остался сидеть, застыв на месте. Если бы это был мультфильм, то накладные волосы взлетели бы в воздух и встали дыбом.

Критик постепенно взял себя в руки, пока Ричард сервировал столик, произнеся так, чтобы услышал соперник:

– Я присоединюсь к тебе через минуту.

Только поставлю вариться кофе.

– Можно попросить еще миску воды для Паспарту?

– Сию секунду.

Уже давно миновали те дни, когда Ричард пытался указать Валери, что питомцам не место в столовой. Или в спальне, если уж на то пошло. Девушка просто смотрела на него открытым взглядом, в котором читалось абсолютное согласие с существующими правилами и такое же полнейшее непонимание, какое они имеют отношение к Паспарту – члену семьи, а вовсе не питомцу.