Однажды я стану снегом

Тисия заторопилась: поставила скульптуру на место, сложила предметы для уборки в ящик, свернула циновку. Она уже ринулась к выходу, когда услышала за спиной:

– Куда ты так торопишься, сестра?

Тисия почувствовала, как земля уходит из-под ног. Стены и потолок закачались. Так было, когда она впервые попробовала сливовое вино. Всё вокруг показалось ненастоящим. Вот и теперь так! Тисия обернулась и одними губами произнесла: «Химавари».

Перед ней стоял призрак младшей сестры. Худенькая, низкорослая, босая, в юкате с короткими рукавами.

Локоны полупрозрачных волос трепыхались в воздухе испуганными мотыльками, а широко распахнутые глаза глядели сурово и осуждающе.

– Химавари, – Тисия сделала шаг и тут же отступила. Не бросаться же в объятия к призраку! – Почему ты пряталась каждый раз, когда я приходила. Мысли всякие…

– Я тебя ненавижу! – перебила Химавари.

– Но… Сестра, чем я провинилась перед тобою? – Тисия ожидала каких угодно слов, но точно не этих. – Не понимаю. Я так скучаю по тебе, по всем вам.

– Тебя не было рядом, когда я умирала. Ты ушла к нему, а ведь я просила остаться. Мне было так страшно. Жутко и одиноко. Лучше бы ты держала меня за руку, – у Химавари задрожали плечики.

Тисия сделала несколько осторожных шагов и опустилась на колени, чтобы глядеть сестре прямо в глаза:

– Ты казалась тогда крепче всех остальных. Я была уверена, что ты выздоровеешь. Казуми ведь тоже болел. Я просто хотела убедиться, что у него всё в порядке.

– Ты подсматривала, заглядывала в его дом, как воришка, – усмехнулась Химавари.

– Я просто любила его и… беспокоилась. Но если бы я знала, что тебе так резко станет плохо, то не отошла бы от твоей постели ни на секунду. Прости меня, сестра.

– Мне было так страшно. Холодно и темно. Если бы ты только держала меня за руку… – Химавари стала постепенно исчезать, рассеиваться, как облако пара на сквозняке.

– Поговори со мной ещё. Пожалуйста… – Тисия ещё немного постояла и направилась к выходу, ощущая тоскливое чувство одиночества.

Ей окончательно опротивела эта жизнь. Только орнаменты могут справиться с невыносимой душевной болью. Скорее бы прикоснуться к скрижали! Госпожа Юзуха, ошиблась. Ничего не изменилось. Стало только хуже.

Глава 5. Маленькая девушка с хорошим аппетитом

Нурихён знал каждого человека в Дандзё. Правда, не по имени, а по сиянию цвета, которое они распространяли. Люди, вокруг которых струилась небесная синева, волновали Нурихёна меньше всего.