Убить нельзя научить. Книги 1 и 2

И мы поговорим, – непробиваемый Вархар и не думал уходить. Напротив, его рука словно бы невзначай легла на мою талию и медленно так поползла ниже.

Останься у меня силы, я бы точно его стукнула, и даже субординация не удержала бы мой кулак от знакомства с носом проректора. Хотя, не исключено, что остановило меня не только это. Родилось ужасное предположение, что мой хук Вархар воспримет как заигрывание. А сочетание лже-заигрывания, кровати и проректора казалось мне, мягко говоря, взрывоопасным.

– Дай мне поспать! – вскрикнула я и отодвинулась от вездесущей пятерни Вархара.

– Ладно, спи, – ухмыльнулся он с таким видом, словно говорил «мы продолжим, только позже».

Медленно, шаг за шагом, проректор отступил к двери, и вышел, бросив через плечо:

– Зря отказываешься. Отдых – это смена рода деятельности. А такой деятельностью ты сегодня точно не занималась. Уж я проследил. Да и со мной это лучший отдых! Буквально второе дыхание! – и захлопнул дверь.

Я подскочила к ней, представила, что запираюсь на тысячи замков, сотни щеколд. Дернула ручку – и дверь послушно отворилась.

Захотелось закричать, догнать Вархара и долго объяснять – насколько я не в восторге от очередной его дурацкой шуточки, когда неожиданно дошло. Проректор ведь четко объяснил: «и ее никто, кроме тебя, не откроет».

Ну, вот и как теперь понять – заперлась или нет?

Я тяжко вздохнула, и снова вообразила, что дверь сверху донизу увешана замками со щеколдами, и все они заперты наглухо.

Что ж… Если никто не вломится – значит, сработало.

Я легла снова и еще с полчаса нервно дергалась, косясь на дверь.

По счастью, на сей раз меня и впрямь оставили в покое.

Я закрыла глаза и провалилась в сон.

9

– Р-раз, два, р-раз, два, р-раз, два! Поднажми-и! Р-раз, два! Стоя-ять!

От этих волшебных звуков я не то чтобы проснулась – подпрыгнула на кровати как ужаленная. И если бы не полусонное, еще ватное тело, точно вскочила бы по команде.

За окнами забрезжил рассвет.

Розовые языки солнца неспешно лизали небо у горизонта и расползались густыми разводами. Звезды выцвели и призрачными силуэтами таяли в синеве.

Сколько сейчас времени?

Жертва бешеного дизайнера – серебристые настенные часы в форме наконечника стрелы – показывали четыре утра. По счастью, выключилась я вчера рано и успела хорошенько выспаться.