Сердце повелителя демонов

Почему? Да Ррасхет его знает!

Аскольд брезгливо перешагнул охранные маячки знахарки и заклятья, что охраняли ее дом как цепные псы. Гейгерра жила на широкую ногу, на улице полукровок: не людей и не демонов.

Вместо ограды ее дом защищали вековые железные деревья из Затолии – одной из дальних провинций Гойи.

Этот живой забор Аскольду пришлось бы крушить куда дольше предыдущего. Возможно, с применением магии.

Маячки замигали, сообщая хозяйке, что у нее посетители. Вероятно, даже сигнализируя о личности гостя.

Завеса мглы, что окутывала дом знахарки, вдруг развеялась – из тьмы показалась брусчатка и высокий аккуратный двухэтажный особняк из розоватого камня. Вполне себе достойный. Не то, что предыдущие вычурные убожества.

Аскольд поднялся по широким каменным ступеням и вошел в ярко освещенный холл с колоннами у стен и диванами, рассчитанными на целую толпу демонов. Толпами к Гейгерре ходили тоже. Так что она не преувеличивала собственную значимость.

– Ба! Какие гости! – на лестнице со второго этажа с изящной балюстрадой перил появилась и сама хозяйка.

Высокая, фигуристая, статная. С крупными чертами лица, рыжая и скуластая. Густая огненная шевелюра рассыпалась по плечам Гейгерры.

Она демонстративно поддернула короткий халатик в цветочек и зевнула.

– Чего тебе понадобилось в такое время суток? Не спится? Не нашел с кем развлечься? Перевелись в Дергоште шикарные демоницы, а на Земле – достойные бабы? Беда-а-а…

Вот это нормальное общение! Говорить то, что думаешь.

Этого эндер и добивался от ведьмы. А та еще какое-то время не верила, переживала, что Аскольд откажется от слова. И это бесило еще сильнее. Взвинчивало до прежде неведомой ярости, какой демон даже в бою не испытывал. Как и отношение Велены. Эндер бесился, когда ведьма прятала ненависть за крепко сомкнутыми губами и обманно спокойным взглядом. Маскировала в камуфляж нейтральных фраз и бесцветных интонаций.

И буквально сатанел, когда та выражала свое истинное отношение к демонам.

Парадоксально, но факт. Ни то, ни другое не устраивало повелителя Гойи.

Аскольд дождался пока Гейгерра спустится и произнес:

– Даю свою плоть и кровь за зелье, излечивающее от запущенной стадии рака.

Гейгерра прищурилась, оценила ауру Аскольда и тот заковал энергетику в невидимый купол. Обойдется. Нечего знахарке выведывать лишнее.

– Ладно. Скрываешься, – усмехнулась ведьма. – Значит что-то важное. Все равно узнаю. Так или иначе.