Сборник. Космическая Одиссея семьи Саркатта

Я рухнула бы на пол, но Рейгард не позволил. Подхватил на руки, как ребенка. Синие глаза смотрели с неподдельной тревогой, участием. Или мне только так показалось? Наверное, показалось. Какое участие может проявить брат того, кто бросил Мелинду умирать, зная, что может хотя бы попытаться спасти? Ее и своего, между прочим, ребенка!

– Не надо так паниковать, Лиса, – медленно, почти ласково произнес мельранец. – Я уже заказал нам дипломатический рейс. Через час сядем на корабль телепорта. А через полтора суток по земному времени будем на Мельране.

Он говорил так, словно все уже решено. Ну, уж дудки! Я задергалась в руках Рейгарда как эпилептик. Но вместо того, чтобы отпустить, мельранец лишь прижал покрепче. Его каменное тело обдавало незнакомым, но почему-то ужасно приятным жаром, грудь ходила мехами, а стальные объятия, казалось, не разжать и боксеру.

– Лиса! Успокойся! Сосредоточься! – прохрипел Рейгард, и голос его явственно вздрогнул.

– От-пус-ти! – процедила я сквозь зубы.

Мельранец послушно поставил на неверные ноги. Я пошатнулась и оперлась рукой о прохладный стол регистратуры.

– Разве нельзя избавиться от… ребенка? – почти шепотом, едва дыша, выдавила в сторону Фаскрафа.

– К сожалению, мой опыт показывает, что в таких случаях это приводит к еще более быстрой смерти матери, – пожал плечами врач.

Небо рухнуло на голову, земля так и норовила уйти из-под ног.

Я смотрела на Рейгарда, на Фаскрафа и понимала, что выхода нет. Его не было изначально, просто я тешила себя напрасными иллюзиями, глупыми надеждами.

Я выдохнула, словно ныряла в глубокий колодец и выдавила каким-то чужим, упавшим голосом:

– Рейгард. Я на все согласна.

Он посмотрел так странно, так обижено. Словно я только что не согласилась на все дурацкие условия, на унижение в обществе мельранской знати, а, напротив, отвергла сделку.

– Жду тебя у десятого якоря космотелепорта, – даже не сказал, скорее прорычал Рейгард.

Крутанулся на пятках так резко, что меня обдало ветерком, и ракетой вылетел вон.

– Зря вы с ним так, – покачал головой Фаскраф – весь такой серьезный, собранный.

Я подняла глаза на врача, и недоверчиво прищурилась:

– И вы за этих инопланетных богатеев? – в голосе прорезались противные, визгливые нотки.