Сборник. Космическая Одиссея семьи Саркатта

 – Пытался убедить брата… Но… Он настоящий сын наших родителей, – губы Рейгарда скривились, нос наморщился. Он рубанул рукой по воздуху и вдруг обратился ко мне мягким, почти душевным тоном: – У меня есть предложение. Если согласишься, поверь, мы и родителей щелкнем по носу. И Мелинде поможем. А помощь ей ой как пригодится.

– Предложение? – я не понимала, вообще не понимала – о чем это он. Какое предложение может сделать мне мельранец, брат красавчика, который бросил мою беременную подругу?

И пока я медлила, вконец растерялась, Рейгард осторожно взял под руку и повел туда, куда не позволил добежать совсем недавно – ко входу в служебные помещения.

Глава 2

Настроение мельранца странно менялось.

Вначале он вел меня неторопливо, почти бережно, и вдруг схватил за талию, прижал к горячему боку и потащил.

Я чувствовала, как учащается дыхание Рейгарда, каменеет мощное тело.

Мы пронеслись по длинному желтому коридору с множеством дверей, и, мельранец предсказуемо распахнул ту, на которой висела табличка: «Директор».

Я уже однажды заглядывала в этот просторный кабинет, с исполинским столом из оранжевого мельранского дерева и желтыми креслами, обтянутыми мягкой шелковистой тканью.

С тех пор ничего не изменилось. Разве что высокий шкаф-солдатик из все того же оранжевого дерева, в углу, у окна, был под завязку забит документами. Чуть больше года назад за его дверцами из дорогого прозрачного пластика, почти не отличимого от стекла, виднелись лакированные полки.

Два громадных экрана компьютера на письменном столе – тонких как бумажный лист – напоминали о супермодной тенденции. Жители союза активно переходили на виртуальную клавиатуру – нечто вроде трехмерной проекции кнопок, реагирующих на магнитное поле пальцев владельца.

В кабинете Рейгард словно опомнился – отпустил меня, отошел на несколько шагов и жестом предложил сесть в любое из пяти кресел.

– Спасибо. Я постою, – почему-то мне хотелось сохранить путь к отступлению.

Мельранец преодолел разделявшее нас расстояние в два шага. Навис надо мной – такой огромный и взвинченный, снова впился в глаза этим синим взглядом.

Сердце екнуло, странно засосало под ложечкой. Но на сей раз я быстро одернула себя, напомнив о цели визита.