От винта! Кругосветка

– Просто Рудэй? Без отчества? Или всяких там, милорд, ваша светлость? Мой господин? Султан моего сердца?

– Султан моего сердца? Красиво звучит. Можете называть меня так, если уж сильно хочется.

– Боже упаси, – рыженькая ухмыльнулась, а у меня отчего то предательски напряглось то, что добавляло веса моей имперской власти. Потому, что мужчины у нас правили гораздо чаще, чем женщины. Умом я вроде бы не тронулся, чтобы возжелать тесных, итимных связей с этой чужеземкой. Видимо, просто погрузившись в императорские заботы, я слегка забыл о том, что являюсь мужчиной в полном расцвете, так сказать, мужских сил.

– Еще раз повторю, вы можете называть меня Рудэй.

– Да я уже поняла. Я не глухая и не полоумная.

Интересно, может лекарю её показать, удостовериться?

– Я не к тому говорю, что вы испытываете проблемы со слухом и памятью. У вас, вероятно, проблемы иного характера.

– Вам кажется. У меня нет проблем.

Она сказала это и тут же, поджимая губки, начала покрываться алыми пятнами.

Милая, ты в другом мире, Мерлин знает как далеко от своей, прости Единый, Задницы! И вернешься ли назад – от тебя не зависит. И что тебя ожидает тут – ты, по сути, не ведаешь! В общем, можно сказать ты не в Заднице, но в заднице!

– Хорошо. Объясню проще. Я сказал как звать меня, может и ты себя назовешь, а? Рыжая дева из Задницы?

– Что ты сказал? А, ну, повтори? Ты кого задницей назвал? Я сейчас не посмотрю, что ты весь из себя такой знатный, голубых кровей! Я тебе так… отвечу! Мало не покажется.

Она точно найдет общий язык с драконом. Она такая же бешеная, как этот золотой, летающий мешок с костями и нефтью вместо крови.

– Задницей мы называем ваш мир. Не обессудь уж.

– Задницей? Нашу матушку Землю? – вначале казалось – она ужаснулась, а потом… Потом начала тыкать меня кулаком в бок и… смеяться? Зубы у неё, что надо.

Да и улыбка, и губы вполне ничего! И кожа… светлая, молочная, как говорят. Я только сейчас смекнул, что магия нашего мира начала омолаживать рыжую. И она сразу «заиграла новыми красками». Посвежела, синяки и морщинки под глазами пропали, зато сами глаза стали казаться еще ярче и более необычными. Я сразу заметил – у нее очень редкий разрез глаз – внешний уголок выше внутреннего и шире.