Небо без звезд

Ты всё же прервись, разговор-то серьёзный.

Игорёк прервался. Не потому, что этого хотелось гостью, а потому что в комнату вошли Артемий со своей шалавистой Зимулей. Квартира на проспекте Вернадского, в которой творил Игорёк, принадлежала именно Артемию, продюсеру нескольких успешных ФМ-каналов. Квартиру Игорьку, своему студенческому приятелю и заодно главному музреду его самого успешного канала – «Гип-Гоп-радио» он предоставил в практически полное пользование. Сегодня они договорились вместе, втроём завалиться в ночной клуб "Золотой Сверчок".

Хомоед кивнул Артемию, как старому знакомому, поклонился рыжей бестии Зимуле и представился:

– Весёлый Джафар.

– Чечен? – равнодушно спросил Артемий.

– Нет, Хомоед. На Земле я всюду работаю. И в Африке, и в Гренландии. В Антарктиду заглядываю.

Артемий дыхнул на брильянт в перстне и потер его о рубашку.

– Пошли дерябнем, охламоны, – предложила Зимуля. И потянула Артемия в столовую.

В столовой, столь же обширной, что и, так сказать, творческая лаборатория, Зимуля скаканула за стойку бара и принялась делать коктейль. Следом зашёл Хомоед, осмотрелся и поместил себя на диван. Колени задрались чуть ли не выше головы: низковат диван, но другого не было, разве что такие же пришибленные круглые кресла.

– Понимаете, Артемий Ефимович… – начал Хомоед.

Артемий недовольно глянул в его сторону и отвернулся. Конечно, этот долбанный Игорёша уже успел выболтать тайну его еврейского происхождения. В их среде отчествами не бросались, да и в паспорте у него стояло – Емельянович.

В столовую вплыл Игорёк, и Артемий, кивнув на Хомоеда, спросил:

– Это кто?

– Ворюга, наверное. Залез, надо думать, через лоджию, – равнодушно поведал Игорёк.

– Не трындишь?

– Зачем? У меня газовый пистолет.

Лахудра Зимуля оживилась:

– У тебя, милый, помповое ружьё где-то валяется. Ты ему яйца отстрели. Никогда не видела мужика с отстреленными яйцами.

– А я не мужик, голубушка, – ласково сообщил Хомоед.

– Да? – обескуражилась Зимуля и даже поставила на место бутылку с текилой, из которой собиралась плеснуть в коктейль. – А как это?

– Да как у голубей. Птицы мира. Я нашему Игорю Святополковичу бессмертие предлагаю.