Мир за мир

– Лесная Сестра? Что ж ты сразу не сказал? Это вы у себя на Ледяной Деве зациклились, а простые люди больше про Лесную Сестру слышали. Даша у неё? Да?

– Да, – Кресов так и не смог заставить себя сказать жене, что не просто «у неё», а «её ученица».

– Тогда я спокойна, – улыбнулась Светлана. – Это очень добрая фея.

* * *

– Pro domo sua! – провозгласила Лесная Сестра.

– Pro domo sua! – повторила Даша, принимая кольцо ученицы. Кольцо с тем самым демантоидом из её сна.

Земля словно распахнулась перед ней. Бешено крутились перед глазами леса и степи. Раскрывали свои недра древние горы. Величественно проплывали бескрайние пустыни. И города, города… И в них – люди, люди, которым иногда так не хватает улыбки феи!

Девушке показалось даже, что она видит довольно усмехающегося в бороду гнома-ювелира. Нет, всё-таки показалось. На этот раз – показалось. Но ещё увидятся!

– Дашуль, Земля приняла тебя?

– Да! – она была уверена в этом, как ни в чём ином.

– Тогда подойди к зеркалу. Пусть новая фея улыбнётся тебе первой!

Даша даже не сразу узнала фею, подарившую ей свою первую улыбку. Изумрудно-зелёное муаровое платье, аккуратно уложенные тёмные волосы, искристые зелёные камешки в ушах… Но главное – не было того выражения закомплексованности, с которым смотрело на неё зеркало ещё вчера. Только приветливость и уверенность.

Потом в зеркале появилась ещё одна фея – с золотистыми волосами, вся в самоцветах.

– Ученица… Моя первая ученица!

* * *

Звонок прозвучал ровно в половине восьмого. «А Ледяная Дева пунктуальна, однако!» – усмехнулся про себя Виталий Андреевич. – «Женщина, да, но вот бабства в ней нет».

На пороге стоял смущённый Андрей. Вернувшийся друг, с которым они не знались больше десяти лет! Но открывшая дверь Светлана ошарашенно смотрела не на Андрея, а на женщину, которую тот, как галантный кавалер, пропустил вперёд.

Глаза цвета морской волны.

Тёмно-голубое платье с пеной кипенно-белых кружев по вороту.

Диадема, сверкающая всеми оттенками воды и льда.

Ледяная Дева.

* * *

– Теперь я верю, – медленно произнесла Светлана. – И знаешь, почему? Глаза. Слишком печальные для обычной женщины.

– Знаешь, ты первая это заметила, – чуть погодя ответила Алина.