Дети иного мира

Смогли нормально общаться со сверстниками, а не смотреть на жизнь из-за забора. Не меньше остались довольны и «теневые» организаторы: почти три сотни мальчиков и девочек стали хорошим прикрытием четырёх десятков боевиков и полутора десятков прочих специалистов… В ноябре девяносто пятого их впервые «попробовали на прочность».

Кто-то из мелких криминальных «шестёрок» увидел в клубах возможность обогатиться: превратить облюбованные молодёжью места в игровые салоны или притоны. И когда старик отказался отдавать дело в «нужные» руки, а попытки натравить «прикормленных» участковых и чиновников почему-то провались – в дело пошли «отморозки» из подконтрольных гоп-компаний.

Семён узнал о том, что четверо неизвестных крепко избили одного из ребят-участников клуба, сразу же после школьных занятий, когда тусклое ноябрьское солнце уже почти скрылось за горизонтом. Весть принёс один из командиров отделений, и, глядя на ожесточившееся лицо подростка, инженер-лейтенант мысленно тяжело вздохнул: он до последнего надеялся, что силового столкновения не будет.

Хотя умом и понимал, что вероятность такого близка к нулю.

– Передать по цепи, – он отдал приказ подчинённому, запуская давно разработанный сценарий, – жёлтая тревога один. Разведотделению – начать поиск.– Боевым отделениям пока жёлтая два. То же самое и медикам. Исполнять.

А сам отправился в клуб предупредить Андрея, что спокойная жизнь закончилась. И даже чуть раньше, чем они рассчитывали.

Через три дня Андрей вместе с десятком бойцов зажал в одном из тупиков пятерых бритоголовых парней, на лицах которых даже не было страха.

В сумерках вечера можно было рассмотреть скорее удивление, что какая-то группа неизвестных в масках имеет наглость угрожать «владельцам» района.

– Кто?

Гопники нагло посмотрели в ответ, хотя сразу задираться впятером против десятка поостереглись. Ничего, они ещё отомстят.

Командир отделения разведчиков ткнул пальцем:

–Этот, этот, этот и этот.

Получив ответ, Андрей отдал следующую команду:

– Четверым виновникам – сломать руки.

А ты, – обратился он к оторопевшему пятому, – передашь остальным, что так будет с каждым, кто в нашем районе посмеет хоть раз эти руки распускать.

После чего развернулся и, не слушая криков наказываемых, исчез в темноте: от искажающего голос устройства неприятно звенело в ушах, да и балаклава натирала.

Через пять дней Андрей снова стоял на той же улице – только стонали на земле уже не четверо, а три десятка.