Бальдр и Тёмный бог

– С кого ты снял эти старые вонючие тряпки? – проворчал я, взяв рубашку и сунув в неё руку. Ткань туго обтянула мышцы. – Явно не угадал с размерчиком!

– Это твоя одежда, ярл, – ответил Торир. – Йорунн сохранила её с былых времен.

– Ух, похоже раньше я был помельче.

– Не удивительно, – скривил лицо в усмешке Торир. – Ведь ты мертвец! А мертвецы пухнут!

Торир вёл себя настороженно, не глядел мне в глаза. И я подумал, что тому может быть лишь две причины. Первая – я действительно мерзко выгляжу. Но бывалый воин, каким показался мне Торир, наверняка видывал и похуже.

Вторая причина, подумал я, могла быть в том, что Торир опасается моих поступков, мои воспоминаний. Да, вот он стоит и косится на то, как я натягиваю гетры и башмаки, его рука лежит на поясе, готовая выхватить меч. Парень не на шутку напуган.

– Кто ты, Торир? – спросил я, выпрямившись. – Ты хирдман моего брата Хёрда?

Воин утвердительно кивнул.

– Да, мы были с тобой слегка знакомы. Несколько раз встречались на пирах, но благо ни разу в битвах, – пожелал уточнить он.

 – Я был ещё юнцом, когда тебя… убили. Память вернулась к тебе? Йорунн сказала, что ты ничего не помнишь.

– Не помню, – ответил я. – Но не скажу, что совсем ничего. Я жутко голоден. Есть что пожрать?

Я прошёл вслед за Ториром в соседнюю комнату. Она была попросторнее. Под крышей светились отверстия, в центре камнями был выложен длинный очаг. Я ощутил запах тушёного мяса, хлеба и сыра, и живот заурчал. Я готов был съесть целую корову!

Торир снял крышку с глиняного кувшина, который стоял на столе, и, наполнив кружку белой жидкостью, протянул мне.

– Это скир, выпей. Йорунн сказала, что твёрдую пищу тебе пока нельзя.

Запах соли и кислого молока соблазнил меня. Я задрожал от усилившегося голода и жадно опустошил кружку. Но скир оказался вовсе не таким вкусным, как я ожидал. Он напомнил вкус глины, на зубах почудился скрежет земли. Мне стало противно, и я не сумел проглотить последний глоток, сплюнув на пол.

– А он не испортился? – сморщился я.

– Скир не портится, – хмыкнул Торир. – Время только делает его лучше!

Я ещё раз сплюнул и вытер рукавом язык и бороду.

– Идём, ярл, нам нужно ехать, – позвал Торир, отворяя дверь на улицу.

Мы вышли во двор. Унылое низкое небо висело над крышей, а за земляной оградой усадьбы высилась гора, вершина которой утопала в белом облаке.

Из-за угла с грозным рыком вылетела мохнатая псина и набросилась на меня. Я вздрогнул от неожиданности, но не попятился.