Бальдр и Тёмный бог

– Ты обвинён в похищении невесты конунга, – сказал он, взяв в руку топор, – и приговорён к смерти без права на изгнание, без права на поединок, без какого-либо вообще права! За совершённое бесчестие ты лишён прав!

Он взмахнул топором, но я тут же очнулся от кошмара. Меня затрясло от желания отомстить Хёрду.

В моих покоях не было окон. Я вышел в зал и увидел, яркий свет, льющийся в оконца под крышей – я снова долго проспал и пропустил рассвет.

На скамье сидела кошка. Увидев меня, она зашипела и соскочила под стол.

– Маргрет уехала? – обратился я к снующим с тюками женщинам.

– Уехала, – ответили мне.

Я сел за стол и потянулся к кувшину. На счастье в нём был не скир, а хмельной мёд.

Женщины всё ходили туда-сюда, носили вещи и одёргивали детей, чтобы не путались под ногами.

– Что вы делаете? – спросил я, уставший от суеты и мельтешения.

– Уезжаем. Ты ведь сам приказал, ярл, – сквозь зубы проворчала старая женщина, увешанная золотыми запястьями и драгоценными бусами. По её возрасту я понял, что это была законная жена Рёйрика, спутница жизни.

В зал вошёл Рёйрик в сопровождении сына. Позади них плелась Лагретта с опущенной головой.

– О, Бальдр, встал? Хорошо! – проговорил старый хирдман.

Сын подвёл его ко мне и помог сесть на скамью напротив.

– Завтра мы отправимся в путь, в мою усадьбу Фьялвик. Да, давно я там не был, почти десять лет…

“К чему все эти разговоры?” – подумал я и наполнил себе кубок.

– Бальдр, я хочу оставить Лагретту тебе. Будет следить за домом и греть твою постель.

От удивления я приподнял брови.

– Не надо, – выдавил я даже не взглянув на женщину, стоявшую за спиной у Рёйрика.

– Хмель не сделает тебя счастливым, а женщина может! – настаивал старый хирдман. – Подумай.

Рёйрик махнул рукой сыну, и тот помог ему подняться.

Лагретта продолжала стоять у стола, перебирая пальцы.

– Садись, – приказал я. – Ты сама попросила остаться?

– Как ты понял? – Лагретта села, и взгляд её заблестел.

– Ты молодая и бездетная. Старшие жёны Рёйрика властвуют над тобой – тебе достаётся много работы. Но мечтаешь ты о положении повыше.

– Я… Да, ты прав… – Лагретта покраснела. – Ты не примешь меня?

– Ну, почему? – пожал я плечами, взглянув на опустевший дом. – Мне это тоже выгодно, ведь тебя наверняка научили делать свою работу хорошо? Занимайся домом. Но спать я буду один.