Бальдр и Тёмный бог

Я двигался за ней, как медведь, от неловкости задевая и снося утварь со столов.

“Какая она красивая, – думал я, глядя на то, как колыхалась её коса. В моих снах Маргрет была ещё незаплетённой, незамужней. Значит, теперь у неё есть муж!” – Моё нутро будто насквозь прошило копьём.

Оказавшись на дворе, я увидел, как Маргрет забралась в седло и направила коня к воротам. Я рисковал потерять её, не успев обрести!

– Маргрет! – закричал я.

Босыми ногами я заскользил по булыжникам, которыми было выложено крыльцо.

– Дай мне коня, парень, – потребовал я.

Конь заржал и шарахнулся от меня, но я схватил его за поводья и сильно потянул на себя.

– Успокойся, тварь, иначе отправишься на мясо! – прорычал я, глядя жеребцу в глаза, и он как будто понял.

Я уселся в седло. Маргрет к тому времени уже скрылась за земляными стенами усадьбы.

– Ну! Давай! – я яростно хлестнул коня.

“Моя красавица, моя любимая, мой огонь! Маргрет, пожалуйста, подожди!” – твердил я мысленно. Тревога нарастала во мне с каждым ударом сердца.

– Маргрет! – вновь выкрикнул я.

Мы пронеслись галопом по лугу, который окружал усадьбу, и подступили к кромке леса. Солнце садилось, и было мрачно. А в лесу и вовсе сделалось темно и негостеприимно. Дорога была неровная, конь Маргрет, на котором она приехала в Хедвиг, выдохся и оступился на коряге. Маргрет остановилась, и тут я её догнал.

Я сошёл с коня, бросился к ней и поглядел снизу вверх.

– Зачем ты убегаешь от меня?

– А ты не понимаешь?! – Маргрет гордо подняла голову.

– Чего я не понимаю, расскажи мне? Ты застала меня с женщиной, но сама замужем!

– Да, я жена Хёрда. Но это совсем другое, Бальдр.

– Спускайся, ну! – протянул я к ней руки. – Поговорим.

Маргрет подалась ко мне, и я помог ей ступить на землю. Если бы я не был так зол, то расцеловал был её сейчас же и упал бы перед ней на колени. Такая близкая и желанная она была для меня.

– Говори, – сказала она после долгого молчания.

– Я потерял память…

– Прекрасно!

Я вздохнул, и мы снова замолчали. Я не знал, что ей сказать. Мои оправдания на счёт Лагретты были бессмысленны. Признаю, я был виноват в том, что не отдался на веру в то, что Маргрет не выдумка.