DUализмус. Корни солодки

В учебник точно войдёт. Не говоря уж про кино, где детальки с планом любят, всё расписано и во всём почти-что сценарий.

– Что вы тут нам всем наговариваете в микрофон? – крикнула одна из дам.

– Чепуховые ваши слова! – выкрикнула другая.

– Это же и есть настоящая классика, без подделок и дурацких, – шепнула подружке третья.

– В интернете все эти детальки можно нарыть, в других книжках, и не надо даже в архиве сидеть, – говорит им Чен Джу, не моргнув глазом. – Хотите, посидим завтра в сушибаре – будто в китайской фанзе – и поговорим о Конфуции? И вы не отличите меня от китайца.

– Да ну, не может такого быть.

– Что ж не может, может. Только мне для этого нужно две ночи. Я и физику и строительную механику учу за двое суток, если никто не отвлекает. А, кстати сказать, один молодой мой друг – после ВДВ – успевает то же самое сделать за ночь (день у него занят девочками). А если что построит, то не боится, что его здание рухнет…

– Не вешайте нам лапши, – говорит одна французская дама за всех французских дам.

 – Не надо нам такого выученного за ночь Конфуция. Пейте свой псевдокитайский чаёк в одиночку. Ваш сказочно неуловимый Фуй-Шуй, к примеру, – полная выжимка из мизинца. Лекарство от давления с добавкой порошка из яиц китайского червя. (Читала стервя! Готовилась к встрече!)

– Специально китайских червяков не бывает, – сказал Чен Джу. А он умён. – У них нет национальности. Тем более, яиц, если вы про шелкопряда.

– Что вы мне глупости говорите!

***

Возвращаемся обиженно в Париж.

Утверждаю: французы, те, что по-настоящему французские, плюют на современную русскую литературу, что бы там в России не писали. Франция то ли преднамеренно дуря, то ли ошибочно возгордясь, считает, что только она одна может писать нормальные книжки. За ними Америка (это вообще зря), немножко Англия (писак-чужаков не пустит), Ирландия (давно), ну, немного Бразилия. Чуть-чуть, но зато ловко – Швеция. Могу назвать фамилии. Италия рядом не стояла. Им это не интересно.

У них модный Милан, романтическая Венеция, кровавый Колизей, ужасные истории древнего Рима. С этого и снимаются сливки.

Современную литературу они как бы забыли. Франция, считают они, – лучше всех, а лучше России тем более. Она только ошибочно не победила в 1812-м. Француз этим особо не заморачивается. Россия по-прежнему всего лишь глиняный, теперь ещё и газовый колосс, утыканный ракетами. Как свечками в именинном торте. Феодалы, прыгнувшие в социализм. Минуя.