Чужак: Боец демона-императора. Тропа смерти. Сквозь бездну (сборник)

В этом вопросе капитан практически прекратившей свое существование группы был непреклонен – раз семьи охотников лишились кормильцев, они хотя бы должны сполна получить деньги.

И в этом я не мог с ним спорить. Даже если бы не помнил про беременную жену Сайну, супруг Инсарда и Ниршава, их семьи. Помимо жен у них ведь тоже много кто имеется. Это только я один как перст, остальные-то кормили кучу ртов. Которые теперь навсегда остались без привычного источника дохода. Вряд ли «последняя получка» возместит им потерю, но это лучше, чем развести руками и сказать: «Извините, ребята, вот только “заработок” пришлось бросить».

И я волок на себе эту невыносимую тяжесть, которая заставляла меня при каждом шаге вспоминать о ране и царапинах, полученных до того, поминать всевозможных матерей и разнообразных тварей. Волок с упорством, которого никогда не нашел бы в себе ради собственного обогащения. Не стоили деньги таких усилий – пыхтя под тяжестью нескольких мешков, я считал именно так. Чувство долга оказалось в этой ситуации чуть сильнее.

На самом верхнем уровне Альшер рухнул лицом вниз.

– Можно немножко передохнуть, – прохрипел он. – Здесь все вытоптано, так что… – Я со стоном свалился рядом. – Ну-ну, немного осталось.

– Последние шаги даются труднее.

– Поклажу осталось тащить всего каких-то три-четыре сотни шагов. Ты уже протащил больше.

– Ага, и тебя в придачу.

– Может, когда-нибудь я скажу тебе за это «спасибо». Жаль, что сейчас у меня на это нет сил.

И мы продолжили путь к выходу, спотыкаясь чуть ли не на каждом шагу и волоча за собой неподъемную тяжесть. На спутника я совершенно не обиделся – ни за отсутствие благодарности, ни за комментарий. Может, потому что уже не совсем осознавал, что происходит со мной, и тащился вперед на автомате? Когда кто-то перехватил у меня часть вещей, а потом и все, я даже не сразу осознал это. Когда же осознал, обнаружил, что мы уже вышли за пределы ущелья, что рядом – ребята из какой-то другой охотничьей группы, расхватавшие наши сумки и узлы с добычей.

Они смотрели на нас напряженно и вопрошающе.

– Вы вошли в «гармошку» вшестером, – произнес их капитан, как только убедился, что мой взгляд и взгляд Альшера вполне осмысленно сконцентрирован на его персоне.

– Мы вошли в «гармошку» вшестером, – прохрипел в ответ Альшер. – Вышли вдвоем. Пусть те, кто покинул нас и спустился туда, откуда не возвращаются, не будут в обиде на выживших.