Отвергнутые

Мы еще не дождались выписки пострадавших. Кто-то из них мог снимать в окно природу, – остановила её Мари.

– Сомневаюсь, что у кого-то из них есть такая камера, изображение с которой не будет двоить при съемках в движении, да и еще и через грязное стекло вагона. Максимум, что там рассмотрят на этом видео, если оно существует – это количество подозреваемых и цвета курток. Я был в серой, таких тысячи вокруг, – пояснил Макс.

– Я была в черной кожаной куртке. И Данис. Нильс в темно – синей. Тоже нереально отыскать.

– В ярко – жёлтой, – опустила она глаза.

– Ищут четырех подростков. Меня, Нильса, Даниса и Юту. Тебе не о чем переживать. Ты ведь убежала первая. Вряд ли кто-то тебя видел.

– И если вдруг хоть кто-то видел желтую куртку, то у нас будет очная ставка. Готовьтесь морально. Папа знает, во что я одеваюсь. Он уверен, что меня там не было. Но для очистки совести он вполне может проверить меня.

– Мы спалимся. Сто процентов.

Макс сейчас произнес вслух то, о чем сама Мари думала буквально час назад, обедая вдвоем с отцом на кухне.

– Можно продумать мелочи, – предложила она, в надежде, что сможет хоть немного обнадёжить друзей. С Ютой этот фокус прошел. Её глаза тут же загорелись огоньками от мысли о предстоящем творческом мозговом штурме. Но Макс далеко не так прост, как она.

– Марика, ты не продумаешь ВСЕХ мелочей, как бы ни пыталась. Ты и сама это понимаешь лучше нас. Если хоть один из пассажиров видел желтую куртку – мы пропали.

– Нас убьют? – спросила Юта.

– Быть может, следаки нам поверят, если мы в мелочах расскажем им ВСЮ настоящую правду. Вплоть до того, что кому говорил. Но людям ты этого не объяснишь. 281 погибший, Ют. Их родным уже не важно, кто виноват. Лишь бы был виноват хоть кто-то. Поэтому, скорее всего… Да. Нас убьют.

– Макс абсолютно прав, – согласно кивнула Мари. – Даже если нас простят все родственники погибших, не забывай про «народных мстителей». Эти люди были и будут всегда. Они никого не потеряли в этой аварии, но их печёт сама мысль о том, что кто-то виновный, по их мнению, ходит по одной с ними земле.

– Почему Данис этого не понимает? Макс, он тебя уважает. Сделай с ним что-нибудь!

Юта практически умоляла. Она не скрывала свой страх, в отличие от Макса и Мари, которые пытались казаться веселыми друг перед другом, чтобы никто не усомнился в силе их духа.