Отвергнутые

– Это провалище, чуваки, но я не понимаю, не понимаю ничего, – мотал он головой, тряся длинной белоснежной челкой. Своим нежеланием включить здравый смысл он раздражал не только её одну. Она чувствовала, как Данис потихоньку закипает, постукивая ногой по колёсику офисного кресла, на котором сидела Мари.

– Что ты не понял, Нильс? – переспросила она, прилагая все свои усилия для того, чтобы унять злость. Если бы подобным образом сейчас тупил Данис, она бы давно дала ему затрещину, чтобы привести парня в чувство.

Но Нильсу обязательно нужно объяснить именно столько раз, сколько потребуется.

– Я ничего не понимаю! Что мы делали на объездной, если в это время тусили на нашем месте на путях?

– Нас не было там, – спокойно пояснила она, приторно ласково улыбаясь. – Ты забыл, дорогой? Вы ждали нас с Данисом у торгового центра, там же к нам присоединилась и Юта, которая на такси смотала удочки от своего ухажера. Чтобы он нас не нашел, мы выбрались на объездную и просто пошли прямо вдоль дороги.

Мы с Данисом вам рассказали, что целый день делали реферат. От Юты узнали, что она сбежала от Джима, который в последнее время буквально преследует её. Потом ты, Нильс, сказал нам, что мы раздражаем тебя разговаривать об учебе после учебы. Мы тормознули у гаражей и посидели там на крыше.

– Я всё это прекрасно понял с первого раза, – перебил он её.

– Тогда какого черта, братан? – воскликнул Макс, которому порядком надоело повторение одного и того же рассказа по третьему, если не четвертому, кругу.

– Я не вкуриваю, зачем нам, вообще, всё это надо! Кто нас подозревает? Я брата завтра хороню, почему я сейчас должен придумывать себе оправдания?

– Это не оправдания, идиот! – закричал Данис, не сумевший взять себя в руки. – Ты понимаешь, что никто не может четко описать подростков, которых весь поезд видел в районе катастрофы?! Народ жаждет расправы! Сейчас следаки одумаются, что не продвинулись в своём расследовании ни на миллиметр и пойдут по всем школам допрашивать школьников от тринадцати до шестнадцати, кто и как провел вечер восемнадцатого сентября? Это, блин, не загадочная смерть бомжа на теплотрассе! Это страшная катастрофа, унесшая даже не десятки, а сотни(!) жизней.

– Ты мне будешь об этом рассказывать? – вспылил Нильс. – Кто из твоих близких был в этом поезде? Я брата завтра хороню! Напоминаю об этом всем, кто, может быть, забыл!

– Нильс, они все правы, – подала голос Юта. – Нас будут искать.