Конкурент. Сокрушить нельзя любить

Нет, теперь "Хвост кометы" не сможет производить линзу.

Вопросов становилось больше, импровизированный разговор стремительно превращался в пресс-конференцию. Софья почувствовала первые признаки мигрени. Что и говори, публичные выступления как были для нее нервотрепкой, так и остались.

Журналисты упорствовали. Что противопоставит "Хвост кометы"? А правда ли, что 90% отрасли перешли в руки "Лекто"? Вас еще не освободили от места исполнительного директора?

Стук в висках нарастал, Софья глубоко вздохнула, поискала глазами дверь.

Может быть, бегство – не худший вариант? Но как бы там ни было, между выходом и Софьей находилась толпа людей, почуявших кровь. Пройти через них не представлялось возможным.

Легкое касание к локтю отвлекло. Обернулась. Демид склонился к ее уху:

– Пойдёмте, – и потянул за собой.

Разглядев за его спиной еще один коридор, позволила увести себя. Журналисты бросились следом. Пропустив девушку вперед, Чернов хлопнул дверью и повернул ключ. После гомона и топота, щелчков камер и криков внезапная тишина показалась звенящей.

Присев на край стола, Софья положила руку на лоб.

– Благодарю вас, – закрыла глаза, помассировала виски.

Чернов налил стакан воды, подошёл ближе:

– Возьмите, вы бледная, как мел.

– Спасибо, – взяла стакан, глотнула.

Демид положил руки в карманы брюк. Девчонка выглядела уставшей и огорченной, но при этом деловой и смелой, в широком голубом пиджаке и прямой юбке, демонстрирующей хорошую фигуру хозяйки.

Из-под пиджака чернело маленькое кружево топа, вызывая интерес. Разозлившись из-за своей реакции на этот топ, Чернов отвернулся, прошел по кабинету:

– Я могу понять, почему вы захотели поговорить со мной, – сказал он, двигаясь мимо стойки с кубками и спортивными достижениями в боксе, – но по-моему, явиться сюда одной прямо посреди празднования под камеры журналистов – это поступок на грани идиотизма.

Софья сжала стеклянный бокал – захотелось отправить его в полет к лицу мерзавца так же, как ту вазу в своем кабинете.

– Да что вы говорите. Можете понять меня? Я в этом как раз не сомневаюсь. Если бы я украла открытие "Лекто" и представила рынку, как свое, то безусловно, у вас бы тоже ко мне были вопросы.

Чернов вдруг остановился и бросил на нее свой знаменитый осуждающий прямой взгляд:

– Что вы имеете в виду?

– Только то, что сказала. Вы украли нашу технологию и выдали за свою. Мне хотелось бы получить объяснения.