Конкурент. Сокрушить нельзя любить

Никто не стоил этой мечты. Даже Софья.

Она будто услышала его мысли и подняла взгляд. Демид сощурился, тлеющие угли в его зелёных глазах полыхнули огнем. Скользнул ладонью по ее шее и обрушил на Софью поцелуй. Теплый, нежный и жаждущий, он обнял ее губы чувственной лаской, от которой подгибались колени. Софья сдвинула ладонь ему на затылок, погрузила пальцы в волосы. Что ж, в поцелуях, как и в других делах, которыми он занимался, Чернов был мастером, теперь она в этом убедилась. Мягко наступая, Демид раскрыл ее рот и проник языком, заведя извечный древний танец.

Софья судорожно вздохнула и тут же почувствовала, как мужские ладони прижали ее тело крепче к твердому торсу. Поняла вдруг, что внезапная страсть захватила его столь же сильно, как ее.

Не найдя в себе сил остановиться, Демид продлил поцелуй дольше, чем планировал. Кто-то из толпы присвистнул, и Софья отскочила от него, хватая воздух. Но Демид окинул ее полусонным взглядом, шагнул вперёд, оплел талию и притянул обратно, сделав поцелуй более жадным, глубоким.

Заиграла медленная мелодия. Другие пары закачались рядом. Рука Чернова теперь целенаправленно отодвинула полы жакета и провела от бедер по животу до самой груди.

– Ещё, – не сдержавшись, шепнула Софья.

– Ещё? – едва слышно проговорил ей в ухо и тут же обнял губами мочку.

Она кивнула и чуть не застонала, когда он провел большой ладонью вдоль ее фигуры в обратную сторону.

– Слушай, – шепнул Чернов, – а с каким патентным бюро ты работаешь?

– Не знаю, – вздохнула Софья, наслаждаясь изысканными ласками.

Демид задержался за ушком, сделал глубокий вдох, заставив себя продолжать, несмотря на то, что мысли разбегались, будто он опьянел от одной несчастной отвертки:

– Контактное лицо знаешь?

Софья замерла и посмотрела ему в глаза:

– Что?

Гнев, да, это ему и было нужно. Гнев вместо страсти. А то, проклятье, он будто совсем свихнулся.

– Контактное лицо, говорю, знаешь?

В голове у Софьи все еще гулял ветер, но мысли начали складываться в логические цепочки.

– Я же говорила, что Евгений Анатольевич оформил.

Демид резко привлек ее к себе, так что из легких вышибло воздух:

– Я вот не думаю. Как его зовут?

– Не знаю.

– Не верю, – прорычал он.

Ее теплое тело было по-прежнему прижато к его, вызывая ответную реакцию вопреки всему. Это раздражало Демида больше, чем ее лживость.

Софья с размаха залепила пощечину так, что голова его дернулась в сторону.