Злое наследие

Изысканная точёная мебель была презентабельна, но не очень удобна, и потому большинство предпочло остаться на ногах.

Здесь многие покои посещали разве что служанки, которые мыли полы и вытирали пыль, да управляющий с описью в руках. Так что все сокровища накопленных произведений искусства хозяин дома едва ли рассматривал хоть раз в жизни. Он и не интересовался ими, лишь отдавал распоряжения, чтоб агенты пополняли коллекцию, а ещё допускал друзей полюбоваться собранием оружия или гобеленов. Так что уюта не хватало, зато красоты – хоть отбавляй.

Красоты драгоценной, как само золото.

– Он уже видит корону на голове внука, – первым высказался Тейир, сын четвёртой жены короля. И, конечно, о самом главном – об отце королевской вдовы. – А свою дочь сватает на роль номинального регента. Допустить её к канцлерскому кольцу означает отдать королевство в руки недавно обогатившейся черни. За пару десятков лет, пока подрастает младший мальчик, они успеют растерзать и разворовать всё: и Лучезарный, и Опорный.

Это любому понятно.

– Разумеется, – сухо ответил Аранеф.

Он был очень похож на отца – такой же рослый, белокожий, с волосами цвета червонного золота, с ярко-серыми глазами. Даже бородку похожую отпустил: коротенькую, аккуратную, полумесяцем. Что-то жестокое читалось в нижней части его лица, и на мир он смотрел с уверенностью, вполне подобающей первому из детей короля, происхождение которого было абсолютно безупречным.

Да, высшему действующему закону были безразличны подробности рождения и воспитания детей, которых король решил признать своими.

Но оба мира, подвластных династии Пламени, всё-таки населяли люди. И эти люди, конечно, не могли воздержаться от суждений. Сам Аранеф тоже был человеком, пусть и с частичкой божественного огня в жилах. Этот огонь теперь мог вознести его к высшей среди смертных власти, к огромному магическому могуществу. И ему тоже хотелось верить в собственную исключительность, в большие права, данные по праву рождения.

– Что же ты предполагаешь делать? – не выдержал Гадар.

– С кем? – Старший брат взглянул на него величественно. – С этим торгашом, отцом Алкеды? Что ты предлагаешь мне с ним делать? Что обсуждать? Своими усилиями он добивается одного – чтоб мы обратили на него внимание и сами же поставили этого торгаша на один уровень с собой. Попытка бороться с его интригами уже будет признанием. Признания он не заслужил. Пусть девица и её родственники говорят что хотят.