Владыка Ледяного Сада. Конец пути

Крыша зала расходится, открывая синее небо, а мой кол страданий выстреливает, возносясь, будто лифт, сквозь этажи строения до самой крыши. На большую площадку для гравиптеров, где дует ветер и отворяется лазурная сфера небес.

Где ждут мои родители, стоя на коленях с клинками у горла, скованные грубыми цепями кузнечной работы, окруженные воинами с железом в руках, в шлемах с наглазниками, похожими на очки.

И Дейрдре Маллиган с большим кувшином, тщательно закупоренным свинцовой пробкой, уплотненной воском.

– Угадай, любимый, что у меня для тебя есть, – говорит Дейрдре и вытягивает пробку, освобождая резкий запах драконьего масла.

Дроны тельнета окружают нас роем, делая наплывы, когда Дейрдре приближает губы к моему уху.

– Я была тебе верна, сукин ты сын, – шепчет и поднимает кувшин над моей головой.

Реальность охватывает огонь.

Горит, словно старинная целлулоидная пленка, огонь выжирает в ней овальные дыры, реальность капает огненными каплями, оставляя дыры, за которыми лишь белизна.

И знакомая мне поляна, окруженная белым шумом, где Цифраль прижимает мою голову к упругой груди, как к мячикам, наполненным теплой водой.

Теперь – реальность.

Наверное.

Секунду-другую я давлюсь криком, собственным спазматическим дыханием, и позволяю прижимать себя к силиконовой груди.

– Я могу отменить это воспоминание.

– Воспоминание?.. Я стоял перед судом… На Земле…

– Ты стоял перед судом, твой отец плевал тебе в лицо, дети сменили фамилию, ты видел, как пылает твой дом, а в реальности ты лежал со своими людьми в тумане за перевалом Каменных Клыков.

– Меня всегда раздражала необходимость выбирать между крайними опциями. Я не хочу постоянно иметь их перед глазами, но хочу сохранить к ним доступ на случай чего. Есть у тебя опция «только для чтения»?

– Могу изменить их статус на воспоминания из кошмарного сна.

– Сохрани. Я должен знать, как из этого выходить. Снова придется пройти Каменные Клыки. И я пока не понимаю, что там случилось.

– Оно интерактивно. Отпугивающий механизм, который использует эмоциональную структуру. Но предназначен он для мозгов аборигенов. Структуры функционально схожи, но не совместимы. Картинки начали сыпаться, а миры – смешиваться.