Владыка Ледяного Сада. Конец пути

– То же самое, сынок, я думал о тебе, – ответил он и быстро отвернулся, чтобы я не увидел блеснувших слез. Я уже знал, что он, не пойми почему, такого стыдится.

– Только шестеро? – спросил я осторожно. – А остальные…

– Дягиль и Анемон ушли, – обронил он, все еще стоя боком. – Сильфана, Кизил и Явор ранены. Еще четверо везут их на корабль. Девушка… – он кашлянул. – Не знаю, выживет ли. Как и Явор. Секунду.

Он вытер лицо, а потом вскочил в ров и присел над лежащим навзничь Деющим.

– Отбросил копыта, paskiainen, но рисковать я не стану.

Не стану больше рисковать.

Выбросил что-то из рва – оно ударилось о дно с мерзким звуком и покатилось по камню, оставляя за собой кровавый след. Я взглянул на раззявленный рот, татуированные щеки и прикрытые змеиные глаза, теперь мутные и залитые кровью, и почувствовал тошноту.

– Так нужно, сынок, – заявил Ульф, вылезая на пол пещеры. – Это не бессмысленная жестокость, но страховка. Мы не знаем, что такое Деющие, кроме того, что действуют они против природы и что их непросто убить.

А без головы даже этот вот сделает немногое.

Обернулся к своим людям.

– Приберитесь! Змеев достать, накормим ими Гору! Быстренько!

– Малой жив? – крикнул кто-то.

– И здоров! Уходим! Отсюда нет прямого пути домой!

– Он о чем снова? – спросил кто-то еще из воинов.

– А кто его знает? Иной раз мне кажется, что у него не все в порядке с головой.

Когда мы выволакивали трупы из камеры, я чувствовал, что руки мои все еще трясутся, а колени подгибаются.

Я был среди своих, я был спасен, но не понимал, как это случилось. Меня все еще мучило кошмарное чувство, что это лишь сон, бред, из которого я выпаду в любой момент, скорчившийся в брюхе Червя или перевешенный через седло со связанными руками.

Я знал, что Ульф пока ничего не объяснит. Он шел быстрым шагом, погруженный в мысли, и что-то бормотал себе под нос, как было у него в привычке, а это значило, что он спешит и что весьма занят.

– Как вы вышли из стен? – спросил я у Грюнальди, который шагал рядом.

Не знаю почему, но именно это и казалось мне самым важным.

– Да запросто. Я так всегда делаю, когда вижу стену, – рявкнул тот в ответ.

– Не слушай его, – сказал Спалле. – Там есть туннели, которыми ходят, но вместо дверей эдакое… Ну, что-то, что раздвигается и закрывается. Когда закрыто, то с другой стороны его не видать. Мы подождали за теми… Ну, живыми заслонами, и лишь немного их раздвинули, так, чтобы было видно и чтобы поместилась стрела.