Шестеренки апокалипсиса

Но, к сожалению, больше ничего путного не попадалось. В одной машине оказались детское сиденье, игрушки, сложенная коляска… Находка очень испортила настроение и поубавила пыл. У Валеры появилось неприятное ощущение, будто он разоряет чужие могилы. Начало казаться, что вот-вот попадётся что-нибудь ужасное. К тому же уже совсем темнело, и когда начинающий мародёр в очередной раз выбирался из очередного вскрытого им автомобиля – понял, что ему становится ещё и жутковато, опять. В памяти всплыла давешняя кость, вновь начало казаться, будто кто-то смотрит… Поэтому, невольно передёрнув плечами, Валера решил закругляться с поисками.

Подойдя к грузовику, из-под тента которого вырывались наружу уютные огненные сполохи и даже на расстоянии чувствовалось тепло, он остановился и задумался. Всё естество просилось внутрь, влезть в это зовущее в свои нежные объятия и дарующее ощущение безопасности убежище… И одновременно было страшно делать это, оставлять за спиной темноту и неизведанное.

Ведь сидящий у костра – хорошая мишень… А пока ты сам снаружи – ты с тем, что таится в ночи, на равных.

Немного постояв, Валера всё же вскарабкался внутрь и окинул взглядом спутников. Все поголовно умиротворённо сопели, даже Евген, который должен был следить за костром. Парень невольно задержал внимание на понравившейся ему Юле, мирно сопевшей, свернувшись калачиком. Юное миловидное личико, которому особое очарование придавали опущенные длинные ресницы, чуть приоткрытые губки, выбившаяся прядь волос… Да, определённо это прелестное создание было весьма хорошо.

Неизвестно, сколько Валера так простоял бы ещё, любуясь – если бы вдруг не понял, что девушка подняла веки и смотрит прямо на него.

Ничего не оставалось, кроме как улыбнуться самой открытой и располагающей улыбкой, на которую только был способен – ну, по крайней мере, парень искренне надеялся, что это выглядит именно так – и усесться на своё место.

Поколебавшись немного, он решил посидеть часть ночи, подежурить, а потом разбудить Евгена. Девушек, и так не спавших ночь, трогать не хотелось.

Изо всех сил борясь с вдруг накатившей дремотой, подкреплённой накопившейся за эти дни усталостью, Валера решил попытаться разобраться со странными штуковинами на своих запястьях. Правда, тут же с некоторым холодком понял, что не понимает, как вызвать перед глазами эти призрачные менюшки.