Каменистая дорога. Оптимистичный стимпанк

– А почему я должна её отдавать?

Этот несложный вопрос вверг сестру-наставницу в кратковременную задумчивость. Но очень кратковременную.

– Это лишь деревенское суеверие. И как я уже сказала – это крайне негигиенично. Ты можешь наколоться, в ранку попадут какие-нибудь миазмы, и даже страшно подумать, как скверно всё может закончиться. Ты ведь образованная и современная девушка, и не можешь всего этого не понимать.

Лана не без сомнений протянула ветку наставнице. Показаться девушкой несовременной и необразованной ей не слишком хотелось.

– Ну, если это так надо…

– Конечно же надо, вот молодец.

Сестра брезгливо взяла развилку двумя пальцами и, держа её на отлёте, направилась к двери.

– После захода солнца я принесу ужин, – добавила она на ходу.

Петуланию эта новость не слишком обрадовала. Показаться несовременной, конечно, не очень хотелось, но сомнения в том, что веточку стоило отдавать, у неё оставались.

Размышления Ланы были прерваны снова распахнувшейся дверью.

– Да, сестра-наставница? – не оборачиваясь, спросила девушка.

Ответом стало лёгкое хихиканье, явно не принадлежавшее дородной сестре Морвин.

Повернувшись, Лана увидела молоденькую послушницу, свою ровесницу или даже немного помладше, тщетно пытавшуюся задавить вырывающийся смех.

– Меня… и-и-к… меня зовут Хельма… я… я младшая послушница. Но меня уже скоро посвятят в старшие. То есть я хотела сказать, привет.

– Привет.

– А ты новенькая? О тебе все говорят…

– Я?

Честно говоря, Лана вряд ли могла внятно сказать, является она «новенькой» или нет, да и что она вообще здесь делает, пожалуй, тоже.

– Ага, – закивала Хельма с таким энтузиазмом, что из под кружевного чепчика выбился длинный светлый локон.

– Я… Я не знаю. Наверное. Да.

– А ещё говорят, что о тебе хлопотал сам господин Крапник, – сообщила гостья, поправляя локон, – ты его родственница?

– Не думаю… – не слишком уверенно ответила Лана, на всякий случай перебирая в уме всех известных ей дальних родственников.

– Тогда может… племянница? – лицо Хельмы слегка порозовело то ли от смущения, то ли ещё по какой причине.

– Я же сказала, что я ему не родственница! У меня всего три дядюшки, и ни одного из них не зовут Крапник, – раздражённая непонятливостью собеседницы возмутилась Лана.