Ведунья. И сказание об Алеке Скитальце

Кардинал тут же направился к мастеру и молча указал следовать за ним. Моряка не нужно было просить дважды, и он поспешил за удаляющимися фигурами.

По всей видимости, для сообщения с внешним миром здешние обитатели не пользовались тем тошнотворным рвом, который Моряк невзлюбил искренне и бесповоротно.

Кардинал долго вёл их по бесконечно длинному коридору, выдолбленному в скале. Наконец, коридор стал плавно сужаться, и вскоре превратился в тонкую лазейку. Пробираться дальше нужно было ползком.

– Теперь сами, – тихо сказал Кардинал.

 – Выберетесь на границе с южной зоной.

Он помедлил.

– А ты действительно тот, кого именуют Странником? – наконец спросил он.

Мастер коротко кивнул.

«Слава Странника разнеслась и за приделы зоны», – удовлетворенно подумал Моряк.

– Вы здесь были недолго, мало видели, – неожиданно красноречиво заговорил Кардинал. – Когда магов обвинили во всех смертных грехах… от нас многие отвернулись. Но Стрелок дал нам второе рождение. Знаете, многие из нас потеряли в борьбе с Советом любимых людей… А Стрелок дал нам новый смысл для существования.

Я пытаюсь сказать… Да что там, мы все готовы отдать за него жизнь! И он совсем не такой, как про него рассказывают.

Вдруг резко и неуклюже закончив говорить, Кардинал, даже не взглянув на слушавших, резко развернулся и зашагал прочь.

Странник покачал головой.

– Влюбляет он их в себя, что ли, – пробормотал он.

– Они служат ему искренне, – брякнул Моряк.

Странник только укоризненно посмотрел на него и жестом указал следовать за собой.

Медленно и распластавшись на земле, они стали пробираться по узкому тоннелю к долгожданному свету.

Свобода ещё никогда не казалась Моряку такой желанной, а свежий воздух таким пьянящим. Дом был манной небесной, и невозможно было представить вида милее, чем очертания родных ворот зоны.

Глава четвёртая

Утренний свет застал Северную врасплох. Ей было так приятно видеть родные лица, пусть даже во сне, и расставаться с ними совсем не хотелось.

Но кто-то упорно тряс её за рукав, и волей-неволей, пришлось открыть глаза, чтобы наказать зачинщика. Только теперь она вспомнила, где находится.

– Эй, эй, проснись! – говорил взволнованный детский голосок. – Защитники уже давно закончили трапезу и идут на практику! Твоя сестра велела сказать, кто проспал, тот убирается целую неделю!

Курносый мальчонка лет семи просительно глядел на Северную снизу вверх.

– Сестра, значит, – сонно проворчала Северная.