Ведунья. И сказание об Алеке Скитальце

Она просто сидела и смотрела в чёрное беззвёздное небо, такое характерное для южной зоны. Может, не всё так плохо, и ей удастся найти общий язык с этим Рокфеллером?

– Я тоже хочу начать сначала, подруга, – проникновенно сказала Тома. – А чтобы это сделать, надо хорошо себя тут проявить, понимаешь? К тому же все эти разговоры о правых и виноватых наводят на меня тоску, – заключила она. – Я знаю, ты будешь в порядке, красавица… Ты самый сильный человек, которого я знаю, – прибавила Тома тихим голосом.

Северная посмотрела на подругу снизу вверх, и на секунду ей почудилось, что они, как в детстве, раскрасневшиеся от смеха и крепкого чая, выбежали вдвоём из дома на бодрящий морозный воздух, а над ними раскинулось необъятное бриллиантовое небо севера, полное неисчислимых звёзд.

Глава третья

Разведчики шли медленно, по три—четыре раза проверяя тропу на наличие ловушек. Моряк никак не мог поверить, что этот лес абсолютно такой же, как их до боли знакомый южный лес – пресловутая территория Эхо.

Никаких тебе магических лазерных деревьев, никаких мерцающих луж-порталов в другие измерения. А сколько говору-то! Ну уж он их не разочарует, когда вернётся, будут в его рассказе и порталы, и лазеры, и даже…

Что ещё будет в его рассказе, Моряк не успел толком придумать. Все вокруг вдруг резко потемнело, и он увидел, почему-то откуда-то снизу, что Странника со всех сторон окружили фигуры в чёрных одеждах. Моряк лежал оглушенный заклинанием и не мог пошевелить ни одним мускулом.

Наверное, это и было знаменитое «оглушение», которое использовали эховские маги.

«Круто! – подумал Моряк. – Ну хоть что-то всё-таки правда!»

Насколько Моряк смог сосчитать, окружавших было человек восемь, и одеты они были точь-в-точь, как мастер. Мысль эта неприятно поразила его.

– Здесь нет прохода южанам, – услышал Моряк чей-то низкий голос.

Люди в чёрном всё теснее смыкали ряды вокруг мастера.

– Я не хочу неприятностей, – ответил спокойный голос Странника, – и знаю, что ты тоже.

Я пришел встретиться с Тёмным Стрелком.

Моряк с интересом наблюдал за происходящим, несмотря на то, что лежать на холодной твёрдой земле было неприятно, а неудачно подвернутая рука противно ныла.

Нельзя было не поразиться самообладанию мастера.

– Как спокойно ты произносишь его имя, разведчик, – продолжал всё тот же незнакомый голос, – хотя для разведчика ты одет странно.