Потерянные имена, чужие тени

Не упырь – и ладно.

Раду оказался прав.

«Оказалась права, – мысленно поправил себя Корнелий. – Что ж, это их дело, не наше. Надеюсь, хоть к вечеру мы домой вернемся».

Раду в это время откашлялся. Хриплый негромкий голос разорвал тишину, которая наступила после слов князя.

– При всем уважении, – сказал он, – но вам не кажется, что не стоит оставлять историю с погибшей девицей неисследованной до конца? Этот злоумышленник может скрываться в окрестностях, и угрожать безопасности остальных…

– Каких окрестностях? – удивился Корнелий, сразу не поняв, что Раду так намеренно сказал, вызывая его на разговор.

Князь медленно развернулся, и мало в его взгляде было признательности за недобрые новости и дурные предположения, которые исходили от гостей.

– Я должен… обдумать это, – произнес он.

Князь сцепил пальцы и тяжело сел за стол.

– Сейчас у нас в гостях сестра моей супруги, со своим сыном и его другом.

Корнелий молчал, ожидая, когда князь договорит. К чему он клонит, перечисляя домочадцев, было не очень понятно: то ли размышляет, сколько людей под угрозой, то ли думает, кто из них мог иметь зло на уме.

– Я не могу позволить себе огласки, – сказал князь. – Нелепая история, удар по репутации… супруга не переживет. Она надеется выехать следующей весной в столицу и начать выводить дочерей в свет. И тут это убийство. Кто отравил? Зачем? В приличных домах, скажут они, не травят.

Корнелию было скучно. Загадку девушки – ту, что неожиданно взволновала его прежде, – он разгадал. Далее он думал отбыть повинность общением с дамами и наконец отправиться домой.

Надеялся, что так и будет.

Но Раду встал сзади Корнелия, опираясь на спинку стула руками и тихо произнес, прерывая поток размышлений князя Воскову-Гроза:

– А что вы скажете, ваше сиятельство, если мы с господином Тендой… разберемся с этим? В частном порядке, тихо и никого не задевая?

Корнелий закатил глаза.

– Раду! – одернул было он, потом посмотрел на снова застывшее лицо князя.

Видно, задумался.

– Какое вам до того дело? – наконец спросил он. – Желаете получить награду?

Раду подумав, кивнул, но Корнелий знал, что тот лжет.

Непривычная, жгучая волна гнева захлестнула Корнелия.