Бумажные доспехи

Анна сказала, что порой достаточно бывает проговорить вслух то, что уже знаешь, чтобы уловить нить или нужное зерно смысла в уже известном.

– Слушай, я тебе сейчас расскажу об этом, – медленно произнес Донно. – А ты мне ответишь, что ты думаешь.

– Не уверен, что горю желанием, – с сомнением пробормотал Джек. – Ну, только если там будут какие-нибудь интересные дамочки. И, чур, не про несчастное детство!

– Джек, помолчи и слушай! – рявкнул Донно.

Слишком натуралистично притворяется это его подсознание.

Старое и почти позабытое чувство раздражения заставило скрипнуть зубами. Джек никогда ему не нравился, но, видимо, этот образ для чего-то служит? Разобраться бы…

Кажется, это было на вторую неделю после начала пропажи детей… или на третью? Впрочем, точная дата не важна, главное, что уже было понятно: поиски ничего не дают. Дело передали в Чайный домик, и следователи ломали голову над тем, сколько преступников участвует в этом.

Среди них практически точно есть маг. Никакие артефакты не дали бы настолько полного сокрытия следов.

Начальник поисковой группы, опытный маг, разводил руками и сетовал на старость. Манерничал. Даже дураку было понятно: если Мормор со своей бригадой ничего не нашел, никто не сможет.

В то утро грохнуло в Птичьем павильоне, потом кто-то запустил охранную систему, и вокруг здания образовался защитный контур. В подвалах Птичьего павильона помимо лабораторий находились блоки с монстр-объектами, и потому охранная система была весьма серьезной, чтобы в случае чего чудовища не разбежались.

Оперативники ходили позубоскалить над тем, как служба безопасности Института распутывает и снимает защитные плетения с серой бетонной коробки Птичьего павильона. На крыльце толпились сотрудники и студенты, но сойти не могли. Изнутри валил дым и доносилась ругань магов, пытающихся справиться с огнем.

Славно позабавились, как посчитал Роберт, возвращаясь вместе со всеми в Чайный домик. Донно не разделял своеобразного чувства юмора напарника.

В кабинете их ждал начальник отдела архивных исследований.

В проклятом флигеле архива соглашались работать немногие. Бледного невысокого юношу часто принимали за стажера, и многие до конца не верили, что он руководит одним из самых одиозных отделов Института. В прошлом году по количеству событий архив переплюнул даже Птичий павильон, печально известный по всему городу как пристанище безумных ученых-магов, которые все время что-то взрывают.