Восемь часов до смерти

Да, наш сотрудник подобрал то, что вы уронили, – добавил он, протягивая Любарскому, вместе с планшетом, вновь уложенным в сумку, его пятьсот рублей. – Будьте осторожны, на улице в этот час много опасных элементов.

Капитан явно гордился своей способностью к ехидной иронии, считая её остроумием.

– Прежде, чем уйти, я хотел бы написать жалобу на неправомерные действия ваших подчинённых, – произнёс Любарский.

– А, ну это ваше право, пишите, – прежним усталым голосом произнёс капитан, протягивая ему ручку и листок бумаги.

Любарский педантично выполнил ненужную в общем-то процедуру, прекрасно осознавая, что никакого хода эта бумага не получит, что для какого-то эффективного результата жалобу надо составлять в другом месте, но что у него нет ни малейшей охоты тратить на неё время, а хочется лишь здесь и сейчас слегка досадить полицейским, с нетерпением ждущим его ухода. Закончив писанину, Любарский молча встал и вышел из отделения, физически чувствуя спиной злобные взгляды «стражей порядка». Добыча ускользнула.

Служебное удостоверение лежало в той же луже, куда его закинул сержант полиции, но было так испорчено водой, что теперь предстояло выписывать новое.

Через несколько дней произошёл забавный случай. Начальник лаборатории, поговорив с кем-то по телефону, подошёл к Любарскому и сказал:

– Тут звонили с телевидения, хотят пригласить на ток-шоу…, – начальник назвал одну из самых рейтинговых в стране и одновременно самых низкопробных телепередач, – геолога, который рассказал бы им о природе катастрофических землетрясений.

Любарский ненавидел жанр ток-шоу, особенно он ненавидел данное конкретное ток-шоу, профанирующее ниже плинтуса любую серьёзную проблему, любое действительное знание, но сейчас его разобрало любопытство. Он набрал на рабочем телефоне указанный номер. Ему представилась девушка, произносившая каждое слово с томным придыханием.

– О, у нас будут очень интересные люди! – воскликнула, придыхая, девушка. – Депутат Государственной Думы N, протоиерей S…

– Извините, перебью вас вопросом. Что там будет делать протоиерей S? Он что, тоже будет рассказывать телезрителям о природе катастрофических землетрясений?

– Ну-у, да-а, то-оже…

– Спасибо, я вас понял.