Зов ночи

С изумлением я заметила большие колонки, выставленные на лавки возле ворот терема. Но когда мы приблизились, танцующие замерли, сгруппировались и резко повернулись в нашу сторону. Их взгляды были напряженными. Я отметила, что все славы статные, высокие, светлоглазые и светловолосые. Их лица объединяла общая, я бы сказала, племенная красота и породистость.

Тин зачем-то встал передо мной и поднял руку в приветственном жесте. Но славы не прореагировали. Их носы явно принюхивались, зрачки у всех были расширены.

«Неужели они чувствуют запах вампира? – испуганно размышляла я.

 – Тогда мне точно не поздоровится! Надо убираться отсюда».

И я сделала шаг назад.

В этот момент музыка затихла, из калитки вышел высокий мужчина. Я узнала Мирослава. Он что-то быстро сказал соплеменникам. Они расслабились, закивали и посмотрели на нас более дружелюбно. Вновь заиграла музыка, славы рассредоточились по площади, правда, танцевать не начинали. Мы стояли на месте и ждали, когда Мирослав к нам подойдет. Когда он приблизился, то остановился в нескольких шагах.

Его лицо выглядело напряженным. Мы поздоровались.

– Я рад, что ты вернулась, Лада, – глухо проговорил он. – Но от тебя исходит невыносимый запах! Я чую странную смесь вампира и лисицы. Не советую тебе разгуливать по деревне. Мы, конечно, к вам с Тином настроены дружелюбно, но сегодня полнолуние, и в нас играет сила. И к чужакам мы испытываем сейчас лишь неконтролируемую злобу.

– Хорошо, я могу побыть пока в лесу, – сказала я.

– Полнолуние наступает около десяти вечера, – продолжил он.

 – Хранитель вынесет Жемчужину на середину озера. По традиции мы водим вокруг нее хороводы, поем хвалебные песни. Когда обряд закончится, наступит твоя очередь.

– Мы хотели побыть это время в гостях у Велеславы, – сказал Тин.

Мирослав не ответил. Он о чем-то раздумывал.

– Все-таки мне лучше переждать в лесу, – вновь предложила я.

– Не хотелось бы нарушать законов гостеприимства, – ответил Мирослав и оглянулся.

Музыка продолжала играть, но никто не танцевал.

Славы прогуливались по площади парочками, группировались по несколько человек и словно прислушивались к нашему разговору. Я чувствовала себя все более неуютно и уже не понимала, зачем мы так спешили. Можно было появиться здесь перед самым полнолунием.

– К Велеславе, говоришь? – задумчиво проговорил Мирослав. – Да, она сейчас одна в доме, родители все еще в Хабаровске у Вячеслава. Вернутся только после Нового года. Вот что, возле ее дома имеется флигель.