Зов ночи

Перед нами расстилалось застывшее озеро, мы оказались на высоком берегу. Я увидела, что справа от нас расположилась деревня славов. Я даже заметила торчащую высокую крышу терема с резным украшением на коньке, который находился на возвышении и служил славам чем-то вроде клуба. Слева на другом берегу озера стояла деревянная пирамида. Это и было хранилище основной реликвии людей-рысей Багровой Жемчужины.

– Куда мы сейчас? – спросила я. – Или сразу в хранилище?

– Полнолуние наступает около десяти вечера, – задумчиво поговорил Тин.

 – Тогда и пойдешь к Жемчужине. Венцеслав сказал, что будет ждать тебя именно в это время. Или ты забыла?

Венцеслав являлся хранителем реликвии, и он постоянно, насколько я знала, находился в пирамиде.

– Помню, конечно, – ответила я. – Но сейчас около полудня.

– И это отлично! – заулыбался Тин. – Мы можем побыть у моей подруги Велеславы. Я же тебе говорил, она печет самые вкусные пирожки в округе.

– Тебе лишь бы пузо набить! – весело заметила я.

– Нет, и как это называется?! – притворно возмутился он.

 – Я такую даль ее на спине вез, столько сил потратил. И я же обжора!

– А то! – не поддавалась я. – Только о еде и думаешь. Я давно обратила на это внимание.

Тин схватил меня за руку и начал спускаться вниз. Но мы не удержались, шлепнулись и покатились с высокого берега на заснеженный лед.

– Такую скорость я люблю! – рассмеялся Тин, когда мы встали и отряхнулись. – Ты цела?

– Кажется, – ответила я.

– Мы сейчас напрямки через озеро, – пояснил он и махнул рукой на противоположный берег.

 – А там и до дома Велеславы недалеко.

– А ты уверен, что она обрадуется таким гостям? – поинтересовалась я, приноравливаясь к его быстрому шагу.

– Ты сама слышала, она нас еще в прошлый раз приглашала. Помнишь, Велеслава говорила, что родители уехали к ее брату Вячеславу в Хабаровск и она одна на хозяйстве осталась?

– Так это когда было! Неужели они на праздник домой не вернутся? – удивилась я. – Оставят дочку в одиночестве?

– Лада, здесь никто и никогда не бывает в одиночестве.

Не забывай, славы все-таки рыси, то есть, прежде всего, племя. И это одна большая семья. Гораздо труднее Вячеславу в Хабаровске. Он учится в университете, квартиру снимает, живет один.

– Ах да, сейчас зимняя сессия, – пробормотала я.

– Поэтому Велеслава в лучшем положении, чем ее брат.

– А ты к ней неравнодушен! – лукаво проговорила я. – Помню, как ты смотрел на нее.

– Да, она красивая и милая девушка, – согласился Тин.