Юноша с татуировкой лотоса

Это было обиталище волшебных существ – Жемчужных. Илья жадно вглядывался в раскрытые под ним божественные цветы, он искал Лию. Но его сердце не откликнулось ни на одну из прекрасных драгоценностей, лежащих среди лепестков.

– Лия, где ты? – позвал он и попытался спуститься вниз.

Но его тело было невесомым и парило в небе, словно земное притяжение здесь отсутствовало. На него неожиданно навалилась тоска, душа сжалась от невыносимого горя утраты.

– Лия, я люблю тебя, – пролепетал он, впервые осознав до конца, что чувствует на самом деле.

Слезы все же пролились и хрустальными каплями полетели вниз. Илья смотрел, как они исчезают в синей воде и отчего-то отчаивался все сильнее. Одна слезинка упала на кончик белоснежного лепестка крупного полузакрытого лотоса и скатилась внутрь. И будто сработала какая-то пружина, цветок резко распахнулся, из него вылетела белая жемчужина, на ее серебристой гладкой поверхности сверкнула слеза Ильи.

– Лия, девочка моя любимая, это ты?! – в восторге закричал Илья.

Прекрасная женщина в белых одеяниях взлетела к парню. Она приложила палец к губам.

– Не нужно так шуметь, – услышал Илья, хотя губы незнакомки не шевелились.

– Простите, – испуганно прошептал он. – Кто вы?

– Тара, – просто ответила женщина. – Ты помешал моему отдохновению.

– Тара? – переспросил он. – Жена бодхисаттвы Авалокитешвары, родившаяся из его слезы в тот момент, когда он оплакивал страдания мира…, – прошептал Илья.

– Приятно, что ты наделен знаниями, – все так же беззвучно ответила богиня.

– Помогите! – попросил он. – Я ищу Лию. Она умрет без меня!

– Все та же история, – со вздохом ответила Тара и приняла позу лотоса, зависнув перед парнем.

Он легко изменил положение своего тела в воздухе и скопировал ее позу, усевшись перед богиней. И тут заметил, что на повернутых к нему ступнях раскрылись глаза. И на ладонях Тары тоже.

– Жемчужные – мои любимые дети, – продолжила Тара. – И они эталонные создания. В них заключена совершенная абсолютная любовь, какой ее создала Вселенная.

– Я знаю это, – тихо сказал Илья, стараясь не смотреть в третий глаз богини.

– Но ты не знаешь многого другого.